Регистрация
Зарегистрируйся на сайте и получи доступ к полному контенту сайта и подпискам бесплатно!

Координационный центр и вестибулярный аппарат национального домена

0
0
263 0
Аудио Текст
20 июня 2014

У нас в гостях человек, который держит руку на пульсе Рунета с самого момента зарождения отечественного сегмента Глобальной сети. О текущей ситуации с адресным пространством интернета, и прежде всего российской его части, мы говорим с директором Координационного центра национального домена сети Интернет Андреем Колесниковым.

Из передачи вы узнаете:
— каково текущее положение дел в мировом пространстве доменов;
— насколько велик коммерческий потенциал новых доменных зон;
— для чего создавался домен верхнего уровня .дети;
— как государственное регулирование и изоляционистская политика могут сказаться на ландшафте Рунета;
— каковы первые результаты работы поисковой системы «Спутник»;
— и многое другое.

Сергей Иванов: Здравствуйте, друзья! В эфире программа «Бизнес online», в студии я, Сергей Иванов. Сегодня у нас в гостях человек, который держит руку на пульсе Рунета с самого момента возникновения отечественного сегмента Глобальной сети. У нас в гостях директор Координационного совета национального домена сети Интернет Андрей Колесников.?
Андрей Колесников, директор КЦ национального домена сети Интернет.

Родился в 1962 году в Москве.
В 1986 году окончил Московскую государственную академию тонкой химической технологии им. М.В. Ломоносова.
В 1988 году занимался общественными инициативами по установлению телекоммуникационных мостов между СССР и США.
В 2000 году представлял Россию в ООН при разработке принятой лидерами стран G8 «Окинавской хартии глобального информационного общества».
В 2009 году стал директором Координационного центра национального домена сети Интернет.


С. И.: Андрей, добрый день!
Андрей Колесников: Здравствуйте! Координационный центр национального домена сети Интернет. Я сам очень долго учил это название, ничего страшного.
С. И.: Ничего страшного, да. Тогда я задам первый вопрос, который касается не только названия, но и назначения. Я думаю, что наши зрители слышали о Координационном центре, но не очень хорошо представляют полноту картины — то, чем он занимается. Можно рассказать вкратце нашим зрителям о том, что это такое?
А. К.: Очень простая главная функция у Координационного центра — это регистратура национальных доменов. У нас есть два домена национальных, .ru и .рф, и функции их регистратуры исполняет Координационный центр. Разрабатывает правила, аккредитует регистраторов, поддерживает работоспособность реестра, сети DNS. Ну, достаточно узкая специфичная инфраструктурная компонента, назовем ее так. Каких-то супер-хайтек-разработок в области современных интернет-технологий, связанных с Вебом, социальными сетями и т. д., мы не ведем. Но, помимо реестра национальных доменов, у нас есть еще несколько проектов, которые связаны с развитием российского интернета. Например, проект «Нетоскоп», связанный со «зловредами». Ну и серия гуманитарных инициатив, которые мы, так или иначе, в течение многих лет поддерживаем. Вот такая организация.
С. И.: Положение обязывает вас быть в курсе всех актуальных трендов в доменной индустрии. Какие же сейчас наиболее актуальны? Какие вызовы стоят перед организациями, которые занимаются регистрацией?
А. К.: Сейчас мы все свидетели достаточно бурного процесса, который связан с появлением новых доменных зон. Таких доменных зон появится почти 2 тыс. в течение года. И, соответственно, мировой рынок доменных имен достаточно сильно сейчас трясет, перетрясает. Появляется куча интересных корневых доменов, в которые профессионалы, занимающиеся доменным бизнесом, по всей видимости, будут переносить свои активы. Но в то же время, как я смотрю, люди достаточно осторожно относятся к этим инициативам. Потому что есть всемирно признанные бренды, положение которых пошатнуть весьма сложно. Например, .com, .net. Да и .ru тоже входит в эту категорию.

Мы входим как минимум в десятку главных доменов вместе с Великобританией, Германией. И наша позиция в .ru как никогда крепка. Поэтому если будет у нас отток доменных имен, то он скорее будет связан с общим состоянием российской экономики, нежели с конкурентным давлением со стороны новых gTLD.

Все-таки все называют Рунет Рунетом от .ru.
С. И.: Не «кириллинетом».
А. К.: И есть у нас домен .рф, который сейчас является мировым лидером нелатинских доменных имен. Там большое количество регистраций — 700 тыс. И никто даже близко не подошел. Это связано с тем, что кириллица и русский имеют весьма специфичное значение, в нашей стране по крайней мере, и пользуются достаточно большой популярностью. Плюс домен .рф занял достаточно четкую устойчивую нишу, связанную с наружной рекламой, с радиорекламой и т. д., что основано на свойстве человеческого «российского» восприятия увидеть кириллические буквы и легко их запомнить. Это просто хорошо работает.
С. И.: Хотя, конечно, есть такой момент, как запоминание, а вот доверие, скажем, еще не настолько сформировано.
А. К.: Ну вообще-то домену .рф уже немало лет.
С. И.: Все привыкли к тому, как пишется.
А. К.: Этих доменов много. И тренд — нельзя сказать, что он очень сильно растет, но он и не падает. Это домен, который свою нишу занял и очень крепко себя чувствует сейчас. Достаточно по улице пройти, в принципе, чтобы убедиться в этом.
С. И.: Кажется, совсем недавно еще люди покупали себе домен чуть ли не под персональную страничку, а вот сейчас большое количество частных лиц поглотили соцсети. Как-то сказывается отток людей в соцсети на количество регистраций?
А. К.: Я бы не сказал. Дело в том, что доменный бизнес, если рассматривать его именно как бизнес, не очень большой. Во-первых, обороты этого бизнеса небольшие. Есть две категории потребителей доменов. Есть люди, которым домен нужен, для того чтобы называть свои сайты, свои проекты. Есть люди, которые профессионально их регистрируют, а потом перепродают. Это две категории. Они разные. И в первом, и во втором случае это достаточно, что называется, sustainable business, устойчивый. И он зависит в основном даже не столько от количества новых проектов, сколько в целом от экономики. Я уже упомянул этот факт. Достаточно интересный индикатор есть — индекс Макдональдса. Но, с моей точки зрения, если брать интернет-индустрию, есть доменный индекс. Можно, в принципе, зайти на Statdom.ru и посмотреть динамику регистрации, продления домена .ru. Вот это абсолютно точная картина, которая отражает область экономики именно в сфере малого и среднего бизнеса. Конечно, удручающая картина, надо сказать. Рост прекратился там полностью. Но если вы сравните, например, эти кривые со статистикой того же Центробанка в части зарегистрированных юридических лиц, вы увидите точно такую же линию.
С. И.: Какие из новых или перспективных доменных зон сейчас, на ваш взгляд, наиболее коммерчески привлекательны и почему?
А. К.: Если брать какие-то коммерческие домены... Дело в том, что я считаю, что очень много вещей, которые мне в принципе даже непонятны…
С. И.: «Почему» оставим на потом, но какие привлекательны? По наблюдениям.
А. К.: Ну, не знаю.

Например, вдруг был популярным новый домен .guru. Все решили стать гуру и решили зарегистрировать там.

С. И.: Посчитали, что доменное имя поможет им в бизнесе как-то магически.
А. К.: Наверное. Но, мне кажется, это скорее персональный прикол. Технари всего интернета решили зарегистрировать себе имя в .guru. Еаверное, так. Мы говорим о десятках тысяч регистраций, не о миллионах. Ну, .pizza — я не знаю, сколько там будет регистраций? Какие-то будут, наверное. Может, 10 тыс. или 100 тыс., но не больше. Все-таки, когда мы говорим о миллионных, скажем .com, там 100 млн, или .ru, где почти 5 млн… И новым доменным именам будет достаточно тяжело. Из наших, из отечественных проектов это .москва (.moscow), который на днях запускается. В принципе, отличный домен для города, отличная ниша. Тоже не миллионы, конечно, но что-то можно там нарегистрировать. Наш проект .дети, который мы поддерживаем. Он абсолютно нишевый, он связан с детским интернетом. Но мы и не рассчитываем, что там будут какие-то миллионы регистрации, у нас таких планов нет. Татарстан сейчас тоже работает, .tatar будет. Тоже будет определенный хороший, крепкий бренд местный. Какие-то такие проекты. Но говорить о том, что сейчас все получат миллионы регистраций, очень странно. Почему? Потому что у тебя есть некий кулек с деньгами, и он не становится больше от того, что ты больше доменов запускаешь. Скорее он остается в том же объеме, может быть, чуть-чуть прирастает, но он просто распределяется внутри этого объема. Рынок больше не становится, неоткуда этим деньгам-то взяться.
С. И.: Как раз интересно, да, в связи с увеличением количества доменов верхнего уровня и падением популярности ввода имени с помощью type-in, ценность каждого доменного имени снижается или нет? Вроде бы сейчас нет новостей о покупках крупных.
А. К.: Супербренды, конечно, не снижаются.
С. И.: А в целом вся картина?
А. К.: В целом да, конечно, снижаются.
С. И.: Потому что новостей о покупках шокирующих нет.
А. К.: Это же математика, сообщающиеся сосуды. Новым деньгам неоткуда взяться, у нас нет какого-то взрыва экономического, который бы туда направил какие-то деньги.
С. И.: Если посмотреть на перспективы объема доменного рынка в денежном исчислении на ближайшие пять лет, при каком-то пересечении...
А. К.: Про мировой я не знаю.
С. И.: Российский.
А. К.: Не могу сказать за всю планету, но российский...
С. И.: Вторичный рынок, может?
А. К.: Вторичный рынок сложный стал, тоже немножечко подзатих. Все-таки ситуация у нас больше связана не с интернетом, а с общей экономической ситуацией.
С. И.: То есть именно она определяет?
А. К.: Да, люди прижали денежки, стараются их вложить в какие-то вещи, которые недвижимы, например. Потому что непросто.
С. И.: Вы член правления фонда «Разумный интернет», который, в свою очередь, является администратором нового домена верхнего уровня .дети. Можно подробнее немножечко об этом проекте? Чем занимается? В чем его задачи, цели?
А. К.: Мы поставили перед собой такую неслабую задачку, чего уж там говорить, — сделать детский интернет в России. Мы шли от обратного.
С. И.: Тот самый, который сейчас поглотил «ВКонтакте», в настоящий момент?
А. К.: Нет, при чем тут «ВКонтакте»? Мы шли от того, что люди стараются что-то фильтровать, ограничивать, принимать какие-то законы.
С. И.: И все это хаотично.
А. К.: Все это достаточно спонтанно, системно не продумано и т. д. Тем более, учитывая, как устроен интернет, достаточно тяжелая задача и дорогостоящая. Мы решили пойти от обратного — сделать отдельный детский интернет и населить его интернет-контентом.
С. И.: То есть целостную систему создать, да?
А. К.: Да, адресное пространство, некий островок в безбрежном океане интернета, в котором было бы хорошо детям, спокойно и т. д.
С. И.: Спокойно родителям.
А. К.: Спокойно родителям, хорошо детям. Такой проект у нас.
С. И.: А, собственно, движущие силы проекта? Понятно — желание родителей, привлекательный контент для детей. Но тем не менее мы же искусственно детей загнать туда не можем?
А. К.: Конечно нет.
С. И.: На что вы рассчитываете?
А. К.: Во-первых, когда мы говорим «детский интернет», мы имеем в виду детей до 12 лет. Это сразу — от 0 до 12. Это совсем детский интернет. Потому что после 12 лет дети уже взрослые. После 12 лет они все уже во «ВКонтакте» сидят и т. д. И ограничивать их в чем-то странно. Просто это невозможно сделать, потому что их природное любопытство и скорость развития их мозга гораздо быстрее, чем все эти фильтры, которые пытаются поставить. Поэтому это сознательное ограничение возрастное, причем совершенно конкретное. Мы работаем с поставщиками всяких планшетов, мы работаем с разработчиками детских программ, детского контента и т. д. Это целый мир на самом деле, про который за пять минут не расскажешь, в него надо погружаться действительно глубоко. Одна из задач, которую мы видим, — сейчас вышли рекомендации, которые Роскомнадзор разрабатывал. Рекомендации по детскому воспитанию и тому, что пригодно для детей. Казалось бы, дело за малым — взять этот большой могучий научный труд, который прочитает не каждый, и сделать из него...
С. И.: По рекомендациям.
А. К.: ... простые, понятные людям, которые не имеют специального образования, рекомендации. Они не столько с интернетом связаны, сколько в основном еще со всякими организационными возможностями. Потом, мы работаем с хостерами, которые могут предоставлять некие услуги для всяких дошкольных и детских учреждений. Конструкторы какие-то простые. Сделать это очень дешево. У нас нет цели заработать каких-то денег на этом деле... Мы понимаем, что это достаточно сложная ниша, ее надо как-то растить, как-то этим всем заниматься. Но у нас неплохая компания, куча связей интересных, и все это потихонечку движется. Быстро-быстро ничего происходить, конечно, не будет.
С. И.: Кардинальный, в общем, сдвиг.
А. К.: Это понятно. Мы не просто домен запускаем. Домен — это просто якорь, некая адресная система. А вообще это большой детский интернет. Это непросто.
С. И.: А кто из регистраторов доменных имен второго уровня у вас уже аккредитовался? Кто наиболее активен? Интересно, хотелось бы картину.
А. К.: У нас же очень простая система. Ведь когда ты запускаешь gTLD, это программа ICANN, по сути, все регистраторы, аккредитованные ICANN, — это твои регистраторы. Но если говорить про Российскую Федерацию, это Reg.ru, Ru-Center и, соответственно, Webnames, ребята из Самары. Это наши три аккредитованных ICANN регистратора.
С. И.: О каком объеме сайтов можно говорить? Можно какую-то цифру?
А. К.: Я не знаю.
С. И.: Трудно сказать, да?
А. К.: Трудно сказать. У нас еще регистрация-то не началась.
С. И.: Хорошо. Каковы особенности администрирования домена .дети? Регулировать сайты можно, а вот есть ли какая-то система регуляции...
А. К.: Фишка?
С. И.: Да.
А. К.: Фишка есть. У нас есть некая технология, которая позволяет обходить все эти сайты, которые будут появляться в этой зоне, в автоматическом режиме. И при появлении, скажем так, неких подозрительных элементов, таких как неугодный контент или что-то такое, мгновенно передавать эту информацию на дежурную смену, которая будет работать круглосуточно. И, соответственно, они уже будут связываться с ресурсом и производить какие-то действия необходимые, если есть такая необходимость. Все-таки мы надеемся, что в детской доменной зоне люди дурака валять не будут. Хотя наверняка такие случаи тоже будут. Ну, посмотрим. Пока такая идея. И технология такая имеется. Это вот такая фишка есть.
С. И.: А коммерческий потенциал у домена .дети есть? Чем можно привлечь бизнесменов?
А. К.: Возможно, есть какой-то потенциал, который обеспечит хотя бы фонду возможность работы без привлечения спонсорских денег. Это максимум, на что мы рассчитываем.
С. И.: Какие-то контентные проекты там возможны? Может быть, какие-то уже есть договоренности?
А. К.: Конечно, всякие детские магазины. Это на самом деле большой бизнес, связанный с детьми. Но там тоже все это очень сложно. Почему? Потому что, по сути, прямая реклама для детей законодательно никак не отрегулирована.
С. И.: А всевозможные обучающие программы, точнее, развивающие наших детей?
А. К.: А мы, кстати, работаем практически со всеми участниками этого зарождающегося рынка онлайн-образования.
С. И.: А с кем? Хотя бы какую-то фактуру получить.
А. К.: Ну, с «Азбукой» работаем... Со многими работаем. Там много компаний, которые занимаются этим. В принципе, открыты для сотрудничества со всеми. Но все только зарождается, все совсем новенькое. Вообще-то это эксперимент. То есть нет такого человека, который ударит себя в грудь и скажет: «Да я все знаю! Сейчас все будет круто!» Нет, такого нет.
С. И.: Как раз по каким-то конкретным примерам и направлениям можно хотя бы гипотетически это представлять…
А. К.: Преждевременно об этом говорить. Надо еще много-много работать, пока что-то появится.
С. И.: Тогда перейдем от самой безопасной и «доброй» зоны интернета к его антиподу — «черному», «нехорошему», самому «глубокому» интернету, который олицетворяет TOR и иже с ним, и всему, что за ним стоит.
А. К.: С этим для меня гораздо понятнее, персонально.
С. И.: Как-то ICANN, например, собирается регулировать эту зону? Как-то влиять? Что сейчас происходит?
А. К.: Давайте немножко уточним, о чем мы говорим. Есть интернет, и есть в этом интернете некие «зловреды». Я не знаю, вы читали вчерашние новости или нет, что Министерство юстиции США выпустило большой пресс-релиз, огромный, по поводу двух ботнетов, которые они собираются международным сообществом загасить.

Есть реальный криминал, есть реальные деньги, есть реальное воровство, и это все физически реально ощутимо и исчислимо. А есть некий undernet, который связан с TOR, с одноранговым интернетом, с peer-to-peer-коммуникациями. Это вообще другая тема, их не надо связывать. Объясню, почему не надо их сравнивать. Потому что TOR, peer-to-peer и одноранговые сети — это некий фронтир интернета. Естественно, как любая новая технология, она может иметь двойное назначение.

С. И.: И не всегда вписывается в рамки традиционных представлений традиционного закона.
А. К.: Да. И естественно, люди, которые занимаются не вполне законным бизнесом, поселяются там, где им дела проворачивать гораздо проще. Собственно, для этого и существуют эти новые технологии.
С. И.: Они же движут технологию определенным образом, нет?
А. К.: Ну, в принципе, да. Например, можно сказать, что современный broadband продвинул порноиндустрию. Тоже научный факт, не думаю, что кто-то с этим будет спорить. Еще до появления YouTube переход от модемов в сторону ADSL осуществился... Там был просто огромный demand по поводу пиратской музыки и порно. Вот это те вещи, которые привели к появлению современного интернета.
С. И.: Порно, по-моему, вообще всегда используется в качестве примера двигателя внутри технологий.
А. К.: Нет, не совсем так. Именно этот кусок, шаг от dial-up до ADSL, — это во многом именно благодаря пиратству и порнухе. То, что сейчас TOR, одноранговые сети, peer-to-peer — ну, скажем так, эти технологии делают интернет «неубиваемым» в принципе. Просто «неубиваемым», как он изначально задумывался. Но все-таки есть криминальный бизнес, он существует, там миллиардные обороты. И с ним действительно можно бороться только сообща. Потому что пока наши политики делают всякие заявления...
С. И.: Все-таки да. Одна политическая плоскость, другая...
А. К.: На самом деле все очень просто. Эта вся риторика, которая на нас с вами льется, она, в принципе, к реальной жизни никакого отношения не имеет. Потому что, когда начинают реально «схлопывать» какие-то ботнеты и кого-то ловить за одно место, это происходит вне зависимости от риторики наших любимых руководителей.
С. И.: А в зависимости от чего?
А. К.: Ни от чего. Этим просто занимаются обыкновенные люди среднего звена.
С. И.: Методично.
А. К.: Да, методично и регулярно. В том числе наши правоохранительные органы. В том числе и различные организации, которые так или иначе связаны с безопасностью в интернете. Например, та же «Лаборатория Касперского», та же Group-IB, просто они этим регулярно занимаются вне зависимости от того, куда дует политический ветер. Они продолжают ловить всяких бандитов и помогать их ловить.
С. И.: «Просто это наша работа».
А. К.: Просто работа такая, да. Это один из наших интересных проектов, которые мы делаем совместно с лидерами российской интернет-индустрии. Это «Нетоскоп», наш проект называется Netoscope.ru. То, что на сайте, — это верхушка айсберга, того, что происходит на самом деле. Мы занимаемся агрегацией достаточно большого количества метаданных, связанных с использованием всяких «зловредов», ботнетов и т. д. И на основе этого у нас есть некие выходы, которые используют все наши участники, для того чтобы, например, не показывать эти результаты в выдаче поиска или чтобы понимать, что это спам, если это почтовая система и т. д. Такая интересная работа.
С. И.: А путь Китая — это хорошо? Какие плюсы и минусы вы видите в изоляционистской политике нашего восточного соседа?
А. К.: Я бы не сказал, что это изоляционистская позиция...
С. И.: Великий китайский firewall — это мем.
А. К.: Это мем. Мем и реальная жизнь достаточно сильно, достаточно мощно отличаются друг от друга.

Я, например, знаю конкретно людей, которые работают в Китайском институте технологий, который является, кстати, регистратурой китайского домена .cn. И они же являются разработчиками и операторами этих всех их примочек, о которых так любят у нас говорить. Я думаю, что не совру, если скажу, что и половина того, что говорят, либо просто враки, либо неправильно истолкованные вещи.

С. И.: Слухи преувеличены, получается?
А. К.: Оно просто по-другому устроено.
С. И.: Как это все выглядит? Вот мы говорим о файерволе, знаем, что Google забанен, но практически наши знания этим...
А. К.: Там есть Google, Twitter и Facebook, которые просто там не работают. Но это сделано по двум причинам. Они достаточно прагматичные ребята, эти китайцы. Во-первых, им нужно продвигать собственный контент, собственные движки.
С. И.: Собственные поисковики.
А. К.: Вы все-таки не забывайте, что 650 млн китайцев в онлайне. Это в два раза больше, чем жителей США. Просто надо понимать размеры.
С. И.: Они понимают ценность своей аудитории, да. Просто так ее дарить.
А. К.: Это масштабы настроек... Вот, например, китайская модель для России — это просто как марсианский марсоход для жителя Юпитера. Они просто несовместимы! Там достаточно сложная система. Во-первых, у них все это основано на приоритезации трафика. Условно говоря, у них доступны большинство зарубежных ресурсов, практически все. Они еще раньше пытались, кстати, как-то порнуху фильтровать, сейчас перестали это делать. Потому что очень много энергии потребляет вся эта история.
С. И.: Слишком затратная история.
А. К.: Слишком затратно, да. И они работают по интересному принципу: они вывешивают некие приоритеты, они, по сути, занимаются… У них нет понятия сетевой нейтральности. Китай — это та страна, в которой сетевой нейтральности нет в принципе. Потому что местные ресурсы у них все имеют высокие приоритеты, а все остальные поменьше. Соответственно, если они видят какой-то burst, если они видят какой-то пик потребления какого-то ресурса где-то...
С. И.: Не своего.
А. К.: Да. Они начинают туда смотреть, что-то там странное, присматриваться и, соответственно, если что, прикручивать там гаечки, чтобы просто трафик «помедленнее ходил». Они не фильтруют.
С. И.: То есть доступ есть, просто это будет долго и нудно.
А. К.: Да, за исключением нескольких одиозных сайтов, которые они считают неприемлемыми для китайской культуры.
С. И.: Мне, кстати, интересно — я вклинюсь, — а объявленный Google проект по запуску низкоорбитальных спутников, как говорится, над всей планетой как раз направлен на исправление этой ситуации? Они же на Китай, я так полагаю, нацелились?
А. К.: Я не знаю.
С. И.: Первое, что мне приходит в голову...
А. К.: Мне на самом деле очень нравится то, что делает Google в новых областях. Почему? Потому что многие из этих вещей, по всей видимости, через 10-15 лет станут частью нашей повседневной жизни. Поэтому я достаточно спокойно, кстати, отношусь к тем законам, которые принимаются у нас в России и которые ограничивают ту или иную вещь. Потому что функции времени неумолимы.
С. И.: Все расставит на свои места.
А. К.: Весь мой опыт двадцатилетний работы с интернетом говорит о том, что на любую эту штуку появляется десять других. Но, с другой стороны, с политической точки зрения все понятно — людям надо принимать законы, чтобы население чувствовало себя спокойно, чтобы тети сказали: «Молодцы!».
С. И.: Да, сказали: «Молодцы!».
А. К.: И очень хорошо. И пускай принимают!
С. И.: Индустрия придумает свое решение.
А. К.: У индустрии, например, нет цели как-то обходить эти законы. То есть такая цель не стоит. Это не игра «Том и Джерри».
С. И.: Да-да-да, это параллельные миры.
А. К.: Индустрия работает и развивается. Появляются какие-то новые вещи. Законодательство всегда идет сзади, причем это не только в России, это во всем мире идет. Почему? Потому что информационные технологии развиваются настолько быстро, что законодательство просто за ними не успевает. Не успевает — и все, это просто математика.
С. И.: То есть как-то фиксировать уже стало.
А. К.: И оно пытается какие-то вещи фиксировать. А в силу непонимания некоторых вещей оно рефлексирует. Выявляются какие-то странные… Вот как плохой код пишут, плохие буквы, потом начинают на них лепить какие-то патчи, какие-то еще подзаконные акты принимать и т. д. Да нет, это нормальный процесс, ничего такого.
Я про Китай продолжу. У них главная фишка — во всей этой айтишной истории задействовано огромное количество людей. Это институты, это огромная армия блогеров и т. д. Больше всего китайцы боятся того, что называется social unrest, «социальная напряженность». Причем у них это не связано с политикой, потому что там все поддерживают и одобряют политику партии.
С. И.: Политики нет.
А. К.: Все-таки это Китай, да, не надо забывать. Вот эти единицы диссидентов, — их просто никто не считает, они не в счет: больше всего боятся социальной напряженности. Например, если сын мэра сбил бабушку и кто-то написал об этом в местной социальной сети, тут же 20 человек напишет, что эта бабушка пыталась убить этого сына мэра.
С. И.: Пыталась сбить корпусом, своим телом.
А. К.: Да, да. Вот как работает большой китайский файервол. И их главная цель — не допустить социальной напряженности. Я их очень хорошо понимаю, когда в среднем городе с населением 8 млн человек происходит какая-то фигня...
С. И.: Неконтролируемый вброс информации.
А. К.: …они очень этого боятся.
С. И.: Ну а в России, возвращаясь...
А. К.: У нас нет такой плотности населения.
С. И.: У нас нет такой плотности населения, но разговоры о российском файерволе ведутся...
А. К.: А зачем его здесь делать?
С. И.: Что слухи, что правда?
А. К.: Да нет, послушайте. Посмотрите вокруг себя — против кого делать?
С. И.: Но что-то готовится?
А. К.: Какой файервол делать? Против кого? У нас большинство людей абсолютно полностью согласны и поддерживают политику Кремля.
С. И.: Естественно, что это «невозникновение» социальной напряженности, они контролируют слухи.
А. К.: А откуда она возникнет? Из-за десяти блогеров, что ли? Побойтесь бога!
С. И.: Тем не менее инициативы, когда блогеры приравниваются к СМИ…
А. К.: Да ну что вы! Это так, рефлексия.
С. И.: Вот в последние дни наблюдается всплеск коммерческой миграции, когда компании, работающие на глобальном рынке, каким-то образом перемещаются, меняют гражданство, меняют дислокацию. Вот компания Game Insight перебралась в Латвию. Сейчас объявляется о переезде программистов...
А. К.: Надо сказать, что это вещь, которая меня напрягает гораздо больше, чем все остальное, чем все законы, вместе взятые. Это всего лишь говорит о том, что экономически условия для ведения бизнеса... Я с этого уже сегодня начал, по поводу того, что у нас домены росли, росли, росли — опа! — и всё. И так же малый и средний бизнес — всё! И это самый тревожный, пожалуй, знак из всех, которые мы можем с вами обсуждать, потому что это индикатор очень нехороший. Эти вещи очень трудно вернуть.
С. И.: Вернуть компании, вернуть программистов.
А. К.: Вернуть сюда. Потому что это же идеи, деньги, продукты.
С. И.: А уже какое-то влияние этой коммерческой миграции начинает ощущаться?
А. К.: Я думаю, нет. Почему? Потому что основной кэш, который генерится в Рунете, генерится нашими «большими ребятами». А вот эта мелочевка — она все-таки мелочевка.
С. И.: Она только пока как тенденция, да?
А. К.: Она пока как тренд, как тревожные звоночки, но плотину пока не прорвали. Вот если с «Яндексом» что-то случится, это все, это беда!
С. И.: Поговорим о крупных ребятах как раз. Пока не до «Яндекса», но мы стали свидетелями запуска новой поисковой системы «Спутник». О нем много говорили, был прекрасный всплеск. Потом такой же прекрасный, вернее, впечатляющий спад аудитории. Как вы оцениваете эту поисковую систему?
А. К.: Пока очень тяжело ее оценивать. В ней нельзя… Как сказать, по первому впечатлению в интернете очень сложно составлять мнение. Хотя были, конечно, и примеры другие. Например, появление Google, о котором все сказали: «Вау!» Было такое?
С. И.: Было!
А. К.: Или Facebook — и все: «Ну ни фига себе!»
С. И.: А тут «Спутник», который безопасный доступ к сайтам государственным предоставляет.
А. К.: У него все будет хорошо, я думаю. Я не думаю, что какие-то звезды с неба посыплются…
С. И.: А целевая аудитория у него какая?
А. К.: Это как они себя поставят.
С. И.: То есть пока трудно сказать?
А. К.: Ну, они же себя еще никак не поставили. Мы не видим ни рекламы, ни промоушена, ничего нет. Пока это только междусобойчик: ты знаешь, я знаю, они знают. Кто еще знает про «Спутник»? Бабушку спроси на улице: «Бабушка, что такое „Спутник“?» Она скажет: «Это вот в1957-м, вот это — спутник…»
С. И.: Да-да-да. Бип, бип, бип.
А. К.: Да!
С. И.: Ну, если бабушку, так или иначе, заставить обращаться к госсайтам...
А. К.: А когда бабушка скажет: «Ой, чтобы я без „Спутника“ делала! И пенсию бы не получила, и соцработники бы не приходили!» — вот тогда да, тогда понятно. Хотя команда там сейчас хорошая.
С. И.: Тем не менее, да, по интернету гуляют забавные картинки, как на поисковый запрос «школьницы» выпадают вполне такие «веселые» картинки...
А. К.: Правильные!
С. И.: Да, «веселые» картинки, поэтому, может быть, бабушка...
А. К.: Кстати, запрос «школьницы» — это четкая проверка поискового движка.
С. И.: Да-да-да. Бабушка может быть недовольна…
А. К.: Или «учительница»!
С. И.: Да, или «учительница», тоже можно «чудесные» картинки посмотреть. Они, по-моему, уже вычищены ручками, но тем не менее... Возможно, это говорит, кстати, о жизнеспособности поисковика? Хорошо ищет и правильно.
А. К.: Абсолютно. А чем плохо? Например, отличное кросс-позиционирование двух поисковиков: в «Яндексе» ищут роботы, а здесь все модерируется. Между прочим, отличная маркетинговая история.
С. И.: Последний вопрос у меня связан с многострадальным протоколом IPv6. Как-то разговоры о переходе на него поутихли, и такое ощущение, что проблема уже вроде бы не так остро стоит. Может быть, он уже прошел, этот переход?
А. К.: Вы знаете, ведь эта вещь никуда не делась. Ее под коврик, знаете, так секретно веничком не заметешь. А все! Последний блок IPv4, когда месяц назад раздали локальным регистратурам… Вот и все, IPv4 закончился. Сейчас цены на него на черном рынке огромные! За один адрес по 20$ толкают, барыжат. Вот так вот.
С. И.: То есть переход на самом деле на IPv6 идет, просто мы его не замечаем, идет сам по себе.
А. К.: Он идет, мы его не замечаем. Все наши ребята большие его уже поддерживают, тот же Mail.ru, тот же «Яндекс». «Ростелеком» транзитом уже отдает этот IPv6. Оно просто идет не быстро. Я говорю, проблема заключается в том, что это несовместимые протоколы.
С. И.: То есть на самом деле все просто идет...
А. К.: Тебе второй интернет потихоньку строят... И надо так же, как между dial-up и ADSL, чтобы появился какой-то ресурс только в IPv6. Берешь YouTube и говоришь: «Все! С 6 июня (день IPv6) я работаю только по протоколу IPv6».
С. И.: Неужели опять порноиндустрия станет драйвером перехода!
А. К.: Поверьте мне, трафик и переход на IPv6 состоится очень быстро! Нужен только драйвер.
С. И.: Понятно, люди побегут заменять сразу роутеры свои.
А. К.: Понятно, что это денег стоит. Это же инфраструктура, которую надо держать, поддерживать и т. д. Это роутинг и т. д. под IPv6. Он вообще сам по себе, конечно, лучше, гораздо «продвинутей». В сути самого протокола он гораздо круче, побогаче будет.
С. И.: Ну что ж, Андрей, большое спасибо за интересные ответы! Мы живет в мире каких-то домыслов, слухов и сплетен. И на самом деле даже самая лаконичная и краткая оценка эксперта, который знает ситуацию не из газет, а фактически изнутри, для нас является очень ценной. Спасибо большое!
А. К.: Сегодня, кстати, очередная новость была по поводу АНБ, что они фотки все собирают. Фотографии!
С. И.: Выкачивают из картинок?
А. К.: Да. Фейсбучные, вот эти все фотки собирают. Причем они не могут собирать местных своих, американцев, они собирают те, которые в аттачментах и т. д.
С. И.: Это вместе с отпечатками пальцев, которые люди на телефонах...
А. К.: Они просто собирают, гребут эти фотки и строят банки. Я сразу сказал, что у них самая большая [коллекция] фоток котиков российских хипстеров. 100%!
С. И.: А если еще будет какой-нибудь сбой обработки данных, то еще как раз имя и фамилия...
А. К.: И самая большая коллекция котиков! Вот владелец, вот это котик! Все, точная аналогия.
С. И.: Ну что ж, на этой оптимистичной ноте мы, наверное, и закончим. Большое вам спасибо, друзья, за то, что внимательно смотрели нашу передачу! Собирайте ваши фотографии, ваши котики пригодятся не только вам, но и тем, кто за вами следит, кто вас регистрирует, кто вас каталогизирует. Всего вам доброго, пока!

Развернуть текстовую версию
Комментарии
Похожие видео
Еще видео