Регистрация

Электронные деньги: чем мы заплатим?

4
0
544 0
Аудио Текст
31 марта 2015

У нас в гостях один из ведущих экспертов в области розничных электронных платежей, председатель совета ассоциации «Электронные деньги» Виктор Достов, вместе с которым мы разбираемся в том, что сейчас происходит в сфере электронных платежей.

Из передачи вы узнаете:
— какова ситуация на рынке электронных платежей в РФ;
— как приход PayPal повлиял на российский рынок;
— вызвал ли кризис отток средств из систем электронных платежей;
— каковы текущее состояние и перспективы развития Национальной платежной системы;
— могут ли новые платежные инструменты заместить классические пластиковые карты;
— есть ли будущее у криптовалют в качестве средства накопления;
— и многое другое.

Электронные деньги: чем мы заплатим?

В гостях у SeoPult.TV один из ведущих экспертов в области розничных электронных платежей, председатель совета ассоциации «Электронные деньги» Виктор Достов, вместе с которым мы разбираемся в том, что сейчас происходит в сфере электронных платежей.

Виктор Достов, председатель совета ассоциации «Электронные деньги».
Родился в 1963 году в Ленинграде.
В 1985 году окончил ЛЭТИ (в настоящее время — Санкт-Петербургский государственный электротехнический университет) по специальности «теоретическая физика».
С 1999 года — управляющий партнер компании PayCash.
С 2011 года — вице-президент Национального партнерства участников микрофинансового рынка (НАУМИР).
А 2009 году стал председателем совета ассоциации «Электронные деньги».
Кандидат физико-математических наук.

Сергей Иванов: Темой нашей передачи будет нынешнее состояние розничных электронных платежей, электронных денег. По-моему, это очевидно из того, какого эксперта мы пригласили сюда. Итак, я, пожалуй, хотел бы начать с итогов — с результатов того, что нам принес ушедший, 2014 год. В каком сейчас состоянии отрасль и какие основные тренды в сфере электронных платежей? Можно ли сделать краткий обзор?
Виктор Достов: Если назвать одну цифру, то я бы сказал, что сейчас порядка 50 млн россиян хотя бы раз в год пользуются электронными деньгами в той или иной форме.
С. И.: Это в 2014 году?
В. Д.: В 2014-м.
С. И.: А в 2013-м?
В. Д.: Эта цифра, естественно, растет. Ориентировочно она растет на 20% в год. Аудитория уже в значительной степени выбрана. Если мы интересуемся ростом, то можем сказать про объем. У нас, к сожалению, нет точных цифр объема, потому что все считают их по-разному. Но динамику мы умеем считать, и мы можем говорить о росте до 70% в год. Это означает, что у нас реально очень динамично растущая отрасль, даже в нынешних условиях.
С. И.: А о насыщении рынка говорить еще рано?
В. Д.: Вы знаете, мы его не видим. Отрасль примерно так и растет последние пять лет. И понятно, что когда-то насыщение наступит, но пока еще не завтра, не в следующем году и не через год.
С. И.: А как обстоят дела с разделом пирога между классическими операторами электронных денег и коммерческими банками, которые тоже стали предлагать подобные услуги в сфере платежей?
В. Д.: Я бы сказал, этому разделу в свое время сильно помешали наши регуляторы, потому что, в отличие от Европы, в России используется банковская схема операторов электронных денег. Понятия небанковского оператора нет. И мы сейчас видим, что наряду с такими, я бы сказал, пионерами, как WebMoney, у нас прекрасно работает Сбербанк, который купил для этой цели компанию «Яндекс.Деньги». Ряд других крупных банков экспериментирует с электронными кошельками, например «Банк Санкт-Петербург». Происходит постепенное сращивание. Мы переходим от институционального принципа «банк — не банк» к функциональному. То есть тот, кто хочет развивать функционал, использует его. Кому-то лень — и тот обходится без этого.
С. И.: Не так давно на российский рынок вышел PayPal. Как сейчас его дела? Насколько хорошо он себя чувствует, насколько он интегрировался в наши платежные системы и вообще в сферу электронных денег?
В. Д.: Вы знаете, дела у PayPal идут прекрасно. Довольно долго весь рынок был поделен между тремя большими операторами: «Яндекс.Деньги», WebMoney и Qiwi. Собственно, все остальные операторы были заметно меньше. Но когда пришел PayPal, он смог отгрызть довольно большой кусок пирога. Он пока меньше, чем большая тройка, но уже давно обогнал маленьких операторов.
С. И.: Причем за короткий срок?
В. Д.: Да, за короткий срок. Они выступили очень эффективно.
С. И.: Можно сейчас приблизительно прикинуть, сколько он отгрыз?
В. Д.: Боюсь, что нет, потому что, к сожалению, все считают по-разному. Это даже не недостаток прозрачности, а просто разный подход к методологии расчета.
С. И.: Если продолжать тему PayPal, насколько он оказался востребованным в тех сферах, которые не связаны с платежами в пользу аукциона eBay?
В. Д.: К сожалению, я не могу прокомментировать, потому что просто не знаю. Понятно, что основной объем операций PayPal делает за счет трансграничных платежей. Тем не менее поскольку клиенты не любят заводить много разных инструментов, если кто-то пользуется PayPal на eBay, он неизбежно начинает пользоваться им и в России.
С. И.: В итоге eBay является локомотивом?
В. Д.: Да, eBay, без сомнения, очень важный локомотив.
С. И.: PayPal принес на наш рынок такие вещи, как арбитраж и страхование сделок. Насколько эта услуга оказалась востребованной среди пользователей? И будут ли к ней присматриваться остальные игроки рынка электронных платежей, внедрять ее?
В. Д.: Против первого я бы, наверное, возразил, потому что арбитраж первыми придумали WebMoney. Я думаю, еще до PayPal. И он у них прекрасно работает. Но это некий выбор модели. Я думаю, что операторы, сильно аффилированные с банками, вместо арбитража скорее используют традиционные методы разбирательства, централизованный банковский способ. Но сама идея арбитража прекрасна. По поводу страхования сделок: это тоже очень интересный инструмент. Но надо понимать, что наши операторы, в отличие от PayPal, не привязаны к какой-то торговле, какому-то аукциону. Они развиваются более независимо. Поэтому, скорее всего, у них эти инструменты, может, и появятся, но будут играть меньшую роль, чем у PayPal.
С. И.: То есть они не настолько актуальны и не так существенны в данном случае?
В. Д.: У PayPal ведь очень долго был один большой клиент — eBay. Поэтому понятно, что он был под него максимально идеально заточен. У нас картина другая, поэтому, возможно, разрабатывали другие инструменты. Надо сказать, что российское законодательство устроено несколько по-другому. У нас после принятия закона №161-ФЗ клиент в принципе обладает правом вернуть любой платеж безакцептно. Поэтому, может быть, сейчас актуальность страхования чуть-чуть поменьше, чем, скажем, пять лет назад.
С. И.: Мы стараемся тщательно избегать политических моментов в нашей передаче, но в наше время, тем более говоря об электронных платежах, не можем не коснуться этой темы. Поэтому возникает вопрос: не ожидаются ли в профессиональной, в экспертной среде какие-либо неожиданные изменения в работе PayPal в связи с санкциями и вообще существующей политической ситуацией в России и вокруг нее? Возможно ли это?
В. Д.: Вы знаете, на мой взгляд, это очень маловероятно. Честно говоря, меня очень удивляют платежные санкции, разговоры про закрытие SWIFT. Вместо того чтобы запретить продавать в страну машины, делается попытка копать ямы на дорогах. Это, мне кажется, глупо и неэффективно. Поэтому я надеюсь, что у PayPal все будет хорошо. Давайте будем оптимистами и будем надеяться, что все это не раскрутится так далеко.
С. И.: Какие тренды наблюдаются в текущей политико-экономической ситуации? Не наблюдаются ли массовый вывод средств в наличные, уменьшение количества транзакций, какие-то иные вещи, которые могут изменить ландшафт электронных платежей?
В. Д.: Вы знаете, скорее всего, нет. Потому что, в отличие от банков, у которых основной бизнес — кредитно-депозитный, в платежных системах деньги быстрые. То есть человек, допустим, положил деньги, заплатил, деньги быстро улетели к получателю платежа. Понятно, что экономическая ситуация неизбежно скажется на общем объеме. Люди просто станут меньше тратить. Закроются определенные потоки, характерные скорее для электронных денег или для систем денежных переводов. Резко упадет объем денежных переводов в ближнее зарубежье от гастарбайтеров. Понятно, что будут какие-то пертурбации. Но, как показали все последние кризисы, платежные системы на порядок более устойчивы, чем банки. В кризис люди все равно продолжают платить за телефон, за квартиру, оплачивать штрафы, покупать цифровые книжки. Они скорее будут делать мелкие расходы, чем нести банку депозиты. Как-то так.
С. И.: Есть ли еще какие-то моменты, которые не укладываются в долгосрочные тренды? Помимо того что количество транзакций, может быть, останется на прежнем уровне, но уменьшится их объем, есть ли еще какие-то текущие прогнозы, не совпадающие с долгосрочными?
В. Д.: Я думаю, то, что вы сказали, слишком пессимистично. Я бы сказал, все будет продолжать расти, только не так быстро. Конечно, пострадает сегмент зарубежных закупок, причем зарубежных в широком смысле. Понятно, что, когда Apple поднял цены в своем магазине в два раза, люди туда стали меньше платить.
С. И.: И люди повернули свою голову в сторону AliExpress и прочих TaoBao.
В. Д.: Ну или Google Market. Но есть замещающие вещи. Например, тенденцией прошлого года было заключение прямых договоров ряда операторов, того же Qiwi, с китайскими аукционами. Китайские аукционы, в принципе, очень интересный сегмент. Он для России даже более актуален, чем eBay. Поэтому, видимо, найдется что-то замещающее. Но я бы не хотел, чтобы это звучало гипероптимистично. Понятно, что все мы отражаем общую экономику страны, и чем она лучше, тем быстрее, эффективнее и доходнее работает платежная отрасль.
С. И.: Ну, в любом случае анализ дает пищу для размышлений.
В. Д.: Мы это скоро увидим.
С. И.: В последнее время очень много говорится о создании Национальной платежной системы, но возникает вопрос, почему на той же Украине и в Белоруссии она уже создана, а у нас последние 20 лет, в общем-то, дальше обсуждения этой темы дело не продвигается. Сейчас подвижки какие-то есть? Что было причиной такого медленного развития этой идеи?
В. Д.: Идея довольно простая. Понятно, что с точки зрения затрат создание локальной системы всегда хуже, чем создание кусочка глобальной системы.
С. И.: Чем интеграция в глобальную, да?
В. Д.: Да, это эффект масштаба. Поэтому решение чисто политическое. Оно не несет за собой никаких других драйверов. Оно принято, теперь оно будет реализовано. Никаких других оснований к этому нет.
С. И.: Но сейчас-то уже форсируется создание Национальной платежной системы. В декабре начались первые подключения банков.
В. Д.: Да.
С. И.: Как вы оцениваете ее перспективы и текущее состояние? Насколько она работоспособна, насколько она отражает текущие потребности игроков?
В. Д.: Я, наверное, повторюсь: скорее всего, в первую очередь она отражает некую политическую волю. А про работоспособность: там работает абсолютно блестящая команда. Если бы меня поставили набирать людей, она была бы точно такая же. Это замечательно. И поскольку это проект многофазный, мы понимаем, что первая фаза будет успешно закончена. Локальные транзакции по картам будут замкнуты внутри России. Другое дело, что там есть еще более амбициозный кусок — выпуск российской платежной карты. Какого-то нового варианта УЭК или российской Visa, MasterCard. Это более сложный процесс, более долгий. Он тоже зависит от политической ситуации. Если давление будет повышаться, это будет крайне актуально, а если давление ослабнет, то я думаю, сядут и подумают еще раз.
С. И.: А может ли создание Национальной платежной системы повлиять на дистанционную торговлю, в частности на интернет-бизнес, каким-то образом? Какое влияние она окажет?

В. Д.: На мой взгляд, шанс Национальной платежной системы состоит в том, что она запускается с нуля. Понятно, что и Visa, и MasterCard отягощены практически вековым наследием. Поэтому, вообще говоря, все можно сделать лучше, эффективнее, быстрее и защищеннее, чем старые инструменты.

С. И.: С учетом накопленного опыта, да?
В. Д.: Да. Но будет ли этот месседж озвучен или пойдут по наиболее быстрому пути, которым всегда является создание реплики, я не знаю. Мне бы, честно говоря, хотелось, чтобы у нас действительно появилась самая технологически и регуляторно совершенная платежная система. Это было бы прекрасно!
С. И.: А какие-то изменения в нормативной базе нас могут ожидать?
В. Д.: Скорее всего, да, потому что это большой процесс. Они уже, собственно, происходят. Это большой процесс, и достаточно сложный, он не сводится к технологии. Там и законодательная база, и маркетинг, и все на свете.
С. И.: По вашему наблюдению, привел ли неожиданный уход Visa и MasterCard из Крыма к большей популярности и распространению там тех же «Яндекс.Денег», Qiwi или WebMoney?
В. Д.: Это интересный вопрос. К сожалению, я думаю, что проникновение Visa и MasterCard в Крыму было не таким уж высоким. Но вопрос очень интересный, я не имею готового ответа, но мне будет очень интересно посмотреть.
С. И.: Может быть, сфокусировать свой взгляд на этих процессах?
В. Д.: То есть поток ушел в наличку или в новые инструменты... Спасибо, это прекрасная идея, мы ее рассмотрим.
С. И.: Я как раз хотел развить этот вопрос. В случае если эта гипотеза подтвердится, вероятно ли замещение электронными деньгами именно уходящих Visa и MasterCard в случае возникновения экстремальной ситуации? Могут ли они полноценно заменить традиционные пластиковые карты?
В. Д.: Где-то да, где-то нет, потому что электронные деньги, несмотря на все попытки вывести их в офлайн, все-таки онлайновый инструмент.
С. И.: Тем не менее мы имеем карточки «Яндекс.Денег» и Qiwi, которые в офлайне работают.
В. Д.: …да, но которые все равно Visa и MasterCard.
С. И.: Кстати, да.
В. Д.: Но в принципе понятно, что в онлайне проблем не будет. Россия очень долго жила без какой-то видимой доли платежей по картам в онлайне. И «Яндекс.Деньги», WebMoney, Qiwi прекрасно справлялись. В магазинах ситуация другая. В магазинах, к сожалению, полноценное решение — это НСПК, и пока ничего другого.
С. И.: Но можно ли говорить, что в нынешней сложной ситуации для того же интернет-бизнеса риски минимальны именно у тех компаний, которые максимально диверсифицировали свои каналы платежей?
В. Д.: Я думаю, что все это сделали, потому что сейчас уже хорошим тоном считается иметь целый пакет подключений, который продается компаниями-интеграторами «под ключ». Никто уже, кроме очень крупных клиентов, не подключается отдельно к Visa, к MasterCard или к «Яндекс.Деньгам». Все обычно подключаются ко всем сразу, тут все спокойно.
С. И.: Сейчас в период экономической нестабильности вдруг все еще раз вспомнили о криптовалютах, причем в немалой степени как о средстве накопления. Насколько этот инструмент может занять свое место на рынке? Насколько он ей может противостоять экономической нестабильности?
В. Д.: Знаете, мне до сих пор трудно серьезно рассматривать криптовалюты, потому что все-таки в этом, на мой взгляд, велик элемент игры. Как инструмент накопления их рассматривать можно. Если вы готовы смириться с тем, что вы купили Bitcoin за 100, а завтра он может стать 300 или 50.
С. И.: Наши компании уже столкнулись с той же волатильностью реально эмитируемых валют, и ничего.
В. Д.: Все-таки не настолько, к счастью. Я надеюсь, что до такой волатильности мы не дойдем. Я все-таки думаю, что интерес к Bitcoin связан в значительной степени с красотой самой идеи, с необычностью. Опять-таки, я могу очень сильно ошибаться.
С. И.: С привлекательностью отсутствия контроля со стороны контролирующих органов, которые могут тем или иным способом повлиять на валюту?
В. Д.: Сложно сказать. Как показывает опыт, если они хотят повлиять, они всегда могут повлиять. Но я все-таки сейчас вкладываться в Bitcoin как средство накопления не советую. Как спекулятивный актив, если вы чувствуете, что завтра он «попрет», можно купить. Но последние вкладывать не надо, это плохая идея.
С. И.: А какая-то привлекательность и перспективность для компаний, например, в них есть, помимо красоты идеи?
В. Д.: Вы знаете, Bitcoin — это уже второе или третье поколение криптовалют, второе с половиной. И, к сожалению, ничего лучше, чем обычные деньги, не придумали. Было поколение криптовалют семейства DigiCash, которые тоже были по-своему очень интересны, и был очень большой энтузиазм. Государственные банки в них начинали играть. Но это все как-то ушло, потому что выяснилось, что людям нужны очень простые функции: деньги положил, деньги снял. И для них желательно, чтобы в момент снятия было примерно столько же…
С. И.: Как минимум не меньше, да.
В. Д.: Не намного меньше. Конечно, очень жаль, потому что это действительно прекрасные математические игрушки. Но большого энтузиазма нет. Зато я могу точно сказать, что и Bitcoin, и другие экзотические проекты, типа Mondex, которые сейчас благополучно скончались, породили плеяду блистательных специалистов и интересных решений. И теми технологиями, что крутятся сейчас в электронных деньгах, в картах и т. д., мы в значительной степени обязаны тому, что в свое время произошла маленькая неудачная революция. И много народу в это вникло, научилось и пошло нести свои навыки дальше.
С. И.: Получается, мы получили прекрасный результат, который не совпадал с ожиданиями на старте.
В. Д.: Ну, это очень типично.
С. И.: Да, частая вещь. Ну что ж, Виктор, большое спасибо за интересное экспертное мнение! Я считаю, что нам стало немножечко понятней и, возможно, чуточку спокойней. Может быть, это не только от той информации, которую мы сейчас услышали, но и от олимпийского спокойствия, которое мы наблюдаем в лице эксперта, а это дорогого стоит. Спасибо большое!
В. Д.: Большое спасибо! Еще раз спасибо за интересные вопросы, было очень интересно на них отвечать.
С. И.: На этом я прощаюсь с вами, уважаемые телезрители! Мы с вами говорили об электронных деньгах, и помогал нам в этом разобраться председатель совета ассоциации «Электронные деньги» Виктор Достов. С вами был Сергей Иванов, это была программа «Бизнес Online». Всего вам доброго, пока!

Развернуть текстовую версию
Комментарии
Похожие видео
Еще видео