Регистрация
Зарегистрируйся на сайте и получи доступ к полному контенту сайта и подпискам бесплатно!

Видеоконтент: платить нельзя бесплатно

1
0
2 183 0
Аудио Текст
7 марта 2012

За последние два года в Рунете появилось сразу несколько онлайн-кинотеатров, и большинство из них работает по рекламной бизнес-модели, то есть предоставляет контент бесплатно. Такая политика выглядит амбициозно, особенно когда на рынке присутствует далеко не один торрент-сервис. На что же рассчитывают «честные» видеопроекты?

За последние два года в Рунете появилось сразу несколько онлайн-кинотеатров, и большинство из них работает по рекламной бизнес-модели, то есть предоставляет контент бесплатно. Такая политика выглядит амбициозно, особенно когда на рынке присутствует далеко не один торрент-сервис. На что же рассчитывают «честные» видеопроекты?

Наиль Байков: Здравствуйте. За последние два года в Рунете появилось несколько онлайн-кинотеатров. И некоторые из них работают по рекламной бизнес-модели, то есть предоставляют контент бесплатно. Это кажется несколько амбициозным, поскольку наш среднестатистический потребитель видеоконтента привык пользоваться торрент-сервисами. Куда движется рынок видеоконтента? За кем будущее? Будут ли наши зрители платить за видеоконтент? Об этом мы и спросим у наших сегодняшних гостей — представителей сервисов Ivi.ru и Videomore.ru. Привет, ребята! Ну что же, Аскар, я начну с тебя.

По утверждению генерального директора Videomore.ru, в развитие проекта было вложено порядка 2,5$ млн. Вот скажи, пожалуйста, на что рассчитывали и рассчитывают владельцы сервиса, чтобы «отбить» эти деньги?

Аскар Туганбаев: В первую очередь стоит не задача «отбить» деньги. Задача сейчас — заработать еще больше денег.
Н. Б.: Ну хорошо, когда окупятся эти деньги, Аскар?

А. Т.: Мы собираемся в ближайшие год-два окупиться и заработать значительную прибыль. Я подробностей не могу раскрывать, наш бизнес уже хорошо работает и приносит прибыль.

И здесь не стоит вопрос, как выжить или не выжить. Нормальный бизнес, сопутствующий основному телевизионному бизнесу «СТС-Медиа», и я думаю, что это очень перспективная история.

Н. Б.: Аналогичный вопрос тебе, Сергей. По словам Олега Туманова, в развитие проекта Ivi.ru тоже было вложено несколько миллионов долларов.
Сергей Корнихин: Да, это правда, и я сразу скажу, что правильнее будет говорить не о рынке платного контента, а о рынке легального контента, потому что мы себя позиционируем как сервис легального контента. И если говорить о деньгах, которые в нас вложены, и о горизонте окупаемости, то Аскар представляет прозрачную компанию, которая торгуется на фондовой бирже, и он раскроет через какое-то время свою отчетность. А я представляю частную компанию, и я еще более аккуратно комментирую подобные вещи и вложения, но горизонт окупаемости у нас примерно такой же, и, в отличие от [проекта] Аскара, видео в интернете является для нас основным продуктом и единственным, на самом деле. И в этом смысле можно сказать, что, не имея никаких других источников дохода, мы себя очень хорошо чувствуем и уровень доходов, которые мы приносим, полностью соответствует желаниям наших инвесторов.
Н. Б.: Хорошо. Начали с денег, надеюсь, о деньгах и продолжим. Друзья, как вы меня поправили, вы занимаетесь легальным видеоконтентом, профессиональным, но на рынке существует много альтернативных источников, где передачи, фильмы и другой любой видеоконтент можно посмотреть совершенно бесплатно. Тематика нашей сегодняшней передачи — именно платный видеоконтент. Представляют ли эти проекты для вас какую-то угрозу — для вас как для честных легальных бизнесменов?
А. Т.: Смотрите, угнанную машину тоже можно купить дешевле в два раза или какой-то перевертыш перекрашенный, утопленный и т. д. А можно в салоне купить нормальное изделие, получить сервис и чувствовать себя нормальным налогоплательщиком и честным покупателем. То же самое с видеоконтентом. Если вы уважаете производителя контента, если вы хотите, чтобы режиссеры, актеры, вся творческая команда продолжала это дело, если вы хотите их поддерживать, и не живете украдкой, и не воруете деньги у жизни, то, конечно, вы спокойно, нормально заплатите те не очень большие деньги. Есть пираты. Есть «бизнесмены», у которых моральные допуски настолько широкие, что они могут паразитировать, брать бесплатно чужой контент, в который вложены усилия и деньги, и зарабатывать на рекламе вокруг него, но бог им судья.

Мы надеемся, что государство нас поддержит и что общественное мнение и мораль будут на нашей стороне, и думаем, что ситуация будет нормализовываться, потому что уровень пиратства в России в 1990-е зашкаливал за 90%.

Я помню тогда, как все с ужасом смотрели на компании, которые торговали софтом: «Как же так, вы не выживете в этой стране, ведь тут одно пиратство кругом». Невозможно было! Сейчас он в районе 80%, продолжает падать. Скажем, он и в Штатах, и в Европе не 0%. Пиратства там порядка 30%, но и цивилизованный рынок больше, и с ростом благосостояния, качества жизни, с устаканиванием общественно-политической ситуации люди начинают понимать. Люди платят за контент и нормально относятся к рекламе внутри контента. И понимают, что это лучше, чем настраивать торрент-клиент, качать что-то, ждать, пока скачается, а потом увидеть, что качество копии никудышное, перевод плохой или просто не докачалось. Можно же просто зайти в легальный сервис и посмотреть там хорошее видео.
С. К.: Я продолжу слова Аскара. Если говорить про нас и пиратов, то предложения наших обоих видеосервисов, по сути, максимально приблизились к предложениям пиратов с точки зрения качества для пользователя. Там он по одному клику может начать смотреть видео.

И, соответственно, пользователь платит вниманием в случае с легальным видеоконтентом, мы даже не требуем от него перечислять какие-то деньги на расчетные счета — за него это делают рекламодатели, и в этом смысле основная точка конкуренции — то, что на легальном сервисе, особенно на сервисе видеостриминга, где еще важно и качество отдачи контента, потихоньку выиграет тот, у кого качество выше.

Потому что, как правильно Аскар сказал, на торрентах всегда есть вероятность того, что с момента, когда вы решили что-то посмотреть, и до момента, когда вы что-то посмотрели, пройдет час-полтора. Либо, если речь идет об онлайн-пиратах, всегда есть вероятность того, что, пока вы найдете контент, который вам нужен, вы потеряете еще массу времени. А поскольку в интернете счет идет на секунды, даже на доли секунды, выигрывает тот, кто постоянно предлагает все более и более высокое качество, и мы — из таковых.
А. Т.: И еще скажу, что качество у нас действительно лучше, чем на телевидении. Мы получаем исходник иногда гораздо лучше, чем телевизионный, а пираты чаще всего пишут с телевизора, если, конечно, контент не утек с продакшена. Они его пишут с эфира, со всей инфографикой, иногда с рекламой, которую они как-то вырезают, иногда с артефактами, с теми фактами, которые они видели в эфире, — условно говоря, телевизионный экран.
Н. Б.: Вы проводили какие-то исследования? Вы, Аскар, как компания, и вы, Сергей, как компания? Исследования такого характера: а насколько вообще интересно среднестатистическому пользователю именно качество видео? Вот ты говоришь, Аскар: мы получаем в хорошем качестве, в цифровом, мы вырабатываем, выкладываем — это же время? А где-нибудь там я получу сразу после выхода!

А. Т.: Во-первых, у нас тоже все телевизионные программы сразу появляются после выхода. То есть она выходит на телевидении, а потом сразу же на сайте. А в дальнейшем, если мы говорим про платные сервисы, мы сможем это видеть и до эфира.

Н. Б.: Может быть, даже и раньше.
А. Т.: Ну, если тебе не терпится очередную серию посмотреть, то ты можешь за небольшие деньги получить доступ к этому контенту.
Н. Б.: Это уже такая хорошая «няшечка».
А. Т.: Я расскажу очень интересную историю, мы потом можем побольше поговорить на эту тему. Она отлично играет против пиратов, потому что у пиратов нет такого. Здесь мы получаем большое преимущество, и если мы его сумеем хорошо защитить, то оно, наверное, не сразу утечет. Или, скажем, у нас будет большое преимущество, потому что уже пираты идут нам навстречу — вынужденно идут на встречу и убирают многие видео по запросу, и мы зачищаем свой контент.

Н. Б.: Смотрите, если мы сейчас говорим о бесплатном контенте, вы считаете, что социальная сеть «ВКонтакте» потакает видеопиратам?
С. К.: Безусловно да.
А. Т.: Конечно да. Я просто подбирал выражения, чтобы цензурно сказать.

С. К.: Это враг любого видеосервиса, и это люди, которые сделали миллиардный бизнес на чужом контенте.
А. Т.: Это целиком воровской бандитский бизнес, который построен на неуважении правил чужой собственности. И то, что они говорят, будто у пользователей нет никакого интереса к контенту и те просто пришли туда общаться, — наглая ложь! Потому что пользователи в интернете всегда могли общаться, там всегда была куча различных сервисов и способов. Естественно, они туда приходят за контентом. Поэтому обсуждать их бессмысленно, я конкретно не обсуждаю какую-то конкретную соцсеть, я говорю в целом.
Н. Б.: Что ж, от бесплатного перейдем к тому, как там можно зарабатывать, потому что ваши существующие бизнес-модели предполагают, что постоянно бесплатно вы не можете существовать, что в какой-то момент нужно переходить на платный вариант. Что в этом случае вы предпринимаете в ваших сервисах?
С. К.: На самом деле, если говорить об источниках дохода, то мы исповедуем модель freemium. Для тех, кто не знает слово: это когда у пользователя есть выбор — посмотреть контент бесплатно, но с рекламой или заплатить за него какие-то деньги. Но часть free в этой модели занимает порядка 80-90%, и практически всегда основной массив пользователей будет выбирать бесплатный контент, особенно на таком рынке, где настолько высокая конкуренция с пиратами, даже не с традиционными медиа.

Поэтому понятно, что основой нашего бизнеса будет именно бесплатная часть. Что касается платных сервисов, то мы достаточно оптимистично на них смотрим, как на value-added services.

Они приносят нам какой-то дополнительный доход, а зрителю дают некий выбор, то есть мы даем такое ясное предложение, которое точно отличает нас от пиратов, ставит нас на один уровень с пиратами, когда он получает бесплатный контент прямо сейчас. Если он хочет, то мы предоставим ему некоторое количество дополнительных услуг за деньги, таких как фильмы, которые только-только вышли в прокат. Мы, к сожалению, не имеем возможности предоставить ему их бесплатно. Нам не дают это сделать, в первую очередь студии-мейджоры, но мы идем по пути предоставления максимального выбора пользователю.
А. Т.: «Платность — бесплатность» — это довольно условная история. Я работаю в телевизионном холдинге, и считается, что наше телевидение бесплатно. Но вы все равно платите символические деньги за антенну. Кто 75 рублей в месяц, кто сколько. Если вы вносите абонплату коммерческому провайдеру, кабельному оператору, то это 500 рублей — кто больше, кто меньше, — то вы все равно платите за доступ к этому контенту, просто это происходит незаметно, потому что это небольшие числа.

Мы привыкли не брать плату с пользователей напрямую за контент телеканала: просто размещаем [его] и монетизируем по рекламной модели. То же самое мы и исповедуем в интернете — мы предоставляем доступ по рекламной модели.

Да, сейчас рекламодатели стараются застраховаться от рисков, так как рынок пока не сформирован, и они пытаются провести некий ценз площадок. Они дают [доступ] на платной основе, говорят о минимальном платеже, поэтому сейчас очень много качественного контента предоставляется только на платной основе, но я думаю, что в будущем тенденция будет такова, что будут переходить либо на бесплатную рекламную модель, либо на незаметную абонентскую плату, которую мы видим у кабельных операторов, когда пользователь сам не будет знать, что он платит за этот контент. И эти платежи могут быть скрыты как в плате за интернет, так и в доступе к какой-то мультимедийной платформе.
Н. Б.: Опять скрытые платежи: банки, кредиты, какие-то скрытые платежи, онлайн-кинотеатры...
А. Т.: Стопудово.
Н. Б.: Хватит нас обманывать!
А. Т.: Вот смотрите, скрытая уборка улиц. Кто-то пришел рано утром и убрал, а вы заплатили за это своими налогами. Да, отчисляют от зарплаты. Вот в Англии модель такая: там все домохозяйства платят за ВВС раз в год какой-то единый платеж, и за эти деньги у них получается телевидение.
Н. Б.: Отлично! Платят что-то, и за это есть конкретная сумма. Так вот я сейчас и хочу про эти суммы поговорить. Сколько, например, будут стоить фильмы или подписки и какая стоимость не отпугнет зрителя от просмотра, на ваш взгляд?

С. К.: Я хочу продолжить мысль Аскара по поводу студий. На самом деле сейчас большая часть хорошего премиум-контента находится «за платной стеной», как это называют правообладатели, но уже есть такое движение, что студиомейджеры готовы даже свой самый ходовой контент отдавать на рекламную модель, и российский рынок является для них полигоном, то есть мы, например, запустили некое количество сериалов от Fox, которые показываются у нас сразу за американским эфиром, и это уникальная в мире ситуация.

Н. Б.: Сережа, извини, я тебя сейчас немного перебью. Вот сейчас, буквально в феврале, мы пишем передачу, приезжал западный сервис Hulu, знакомился с рынком.
А. Т.: Да, я читал об этом.
Н. Б.: То есть ты читал, но не участвовал в этой встрече?
А. Т.: Я не могу это комментировать.
Н. Б.: То есть вы это не комментируете?
С. К.: Мы, конечно, можем рассказать.
Н. Б.: Есть угроза Запада, как нас привыкли пугать?
С. К.: Они скорее изучают рынок. И российский рынок на самом деле для всех правообладателей и сервис-провайдеров является одним из самых высококонкурентных и непрозрачных.

И если мы вернемся к цифрам, то, например, рынок Германии при меньшем объеме интернет-смотрения в рекламном плане составляет примерно в восемь раз больше, поэтому у них есть гораздо более приоритетные направления, и мы их пока не видим как угрозу.

Мы их видим как потенциальных партнеров в антипиратской деятельности по работе со студиями-мейджорами, по более правильному выстраиванию цифровых окон. Скорее так.
Н. Б.: Как раньше говорили, в период СССР, когда к нам кто-то приезжал, «это обмен опытом»?
А. Т.: Ну да. Но у нового российского телевидения, которое успешно конкурирует с западными каналами в кабельных сетях, есть сравнительно долгий опыт. То есть если у меня дома больше 100 каналов, есть и российские и иностранные (я иногда смотрю иностранные, даже их локализованные версии), то большая часть населения все-таки смотрит российские каналы, и тот западный контент, который локализуется специально для России, успешно идет на наших каналах, и это преимущественное смотрение. Я думаю, что в интернете будет примерно так же.
Н. Б.: Ну хорошо, я сейчас предлагаю посмотреть статистику, подготовленную нашими партнерами J'son&Partners, которые приготовили определенный доклад. Они подсчитали, что более 8% пользователей тратят более 500 рублей на покупку видеоконтента. У меня вопрос к вам: сколько он должен стоить, чтобы процент готовых платить от общего количества зрителей увеличивался?
С. К.: На самом деле это еще волшебные цифры. Я уверен, что Аскар меня сейчас поддержит. Например, сервис Now.ru, у которого акцент только на платных подписках и у которого подписка стоит чуть больше , говорит, что и они эти данные озвучивали публично. Они говорили, что конверсия от пользователей на сайте — 5%, а на самом деле эта аудитория, которую они привели к себе на сайт и которая знает, что там нужно платить, а конверсия от общего интернета, думаю...
А. Т.: Сергей, я думаю, что это проценты только от платящих.
С. К.: А-а-а-а, если только от платящих!
А. Т.: Да, конечно, это только процент от платящих, потому что если бы считали как часть от общей массы, то это были бы доли процента. Да, это от платящих, и сколько это будет в цифрах, говорить бессмысленно, потому что это subject to change, история будет постоянно меняться. Я бы сравнивал либо с бутылкой водки, либо с билетом в кино.
Н. Б.: Ну да, как любят говорить: бутылка пива или две бутылки пива?
А. Т.: То, что в прошлом было с DVD-дисками!
Н. Б.: Да, я помню, когда НТВ+ ввели платные подписки — либо футбол посмотреть, либо два бутылки пива выпить.
А. Т.: Я шучу, конечно, но если сравнивать с DVD-диском или с билетом в кино, то в этом районе. Может быть, дешевле, чем билет в кино, но где-то в районе DVD-диска или дешевле чуть-чуть.
Н. Б.: Ваши предположения, господа аналитики?
С. К.: В смысле — предположения? У нас запущена платная модель, и в ней все видно. У нас фильм студии-мейджора, который только прошел на киноэкран и выходит сразу на DVD, для пользователя — 79 рублей. Это дешевле, чем купить диск.

Как правильно сказал Аскар, мы находимся в самом начале формирования легального рынка, тем более платного рынка, поэтому цена будет предметом очень долгого торга.

Н. Б.: Торга? Вы с нами, со зрителями, будете торговаться? Будете к нам прислушиваться?
С. К.: А куда мы денемся? Смотрите, у нас нет особых вариантов, потому что DVD-рынок показывает это очень ясно: он за два года практически нырнул в пропасть. Это понимают и наши партнеры.

А. Т.: Ближайшие перспективы оценки — это мобильные платежи. Если мы видим, что скачать мелодию или рингтон стоит меньше доллара, то с кино, я думаю, все тоже придет к такой границе — это так, чисто психологически. И, наверное, в итоге это транзакционно будет стоить меньше доллара. А если говорить про месячную подписку, то в районе , чуть больше.

С. К.: Ну, это сейчас мировая практика. Опять же, нужно выделять кино, которое только вышло в кинотеатрах: у него еще огромный хвост пиара и маркетинга, десятки миллионов долларов, которые в это были вложены, поэтому, как правило, зритель готов платить за нее больше. Что касается кино последних лет, то для него, наверное, цена будет такая, как сказал Аскар.
А. Т.: Да, основным фактором, влияющим на формирование этой цены, будет борьба с пиратством, само собой, и политика издателей, правообладателей. Она будет влиять на размер окна, то есть было киношное окно, потом было DVD-окно, а вот сейчас есть new media окно, то есть это время, когда права выходят на определенную территорию и вид доставки. Потихоньку мы как new media окно начинаем съедать DVD-окно.
С. К.: В хорошем смысле «съедать».

А. Т.: Для кого как. Пользователю предоставляется возможность получать контент в new media сразу после кино, но он был бы и рад его иметь сразу во время просмотра, поэтому я думаю, что общество с развитием технологий, платежеспособности придет к тому, что мы будем открывать new media окно вместе с киношным.


Н. Б.: Мы сейчас вернемся к информации, которая представлена нашим партнером. Мы сейчас видим на экране информацию от comScore Video Mеtrix. Итак, в год мы имеем 40 млн пользователей, которые постоянно что-то смотрят. В связи с этим вопрос: сколько нужно вашим сервисам пользователей, чтобы вы ни в чем не нуждались?
С. К.: Как я уже говорил, разница между Россией и Германией статистически не важна. Относительно США мы выглядим совершенно одинаково, но вот на рынок в объеме рекламных средств приходится в четыре раза больше тех рекламодателей, которые тратят средства именно в этом сегменте. Поэтому, думаю, нужно говорить не столько об аудитории, сколько о рекламодателях, которые готовы эту аудиторию монетизировать, потому что это объем вполне достаточный, чтобы и нам, и Videomore.ru, и еще трем-десяти сервисам было достаточно.
Н. Б.: Так сколько вам достаточно, Сергей?
С. К.: Вот этого достаточно. Смотрите, сейчас аудитория Ivi.ru — это 12-15 млн зрителей в месяц. Это означает, что если это не одни и те же люди каждый последующий месяц, то получается, что за эти два-три месяца через нас проходят 40 млн зрителей. Соответственно, другой вопрос в том, что вся аудитория Рунета — 60 млн, и это не значит, что «Яндекс» и Google должны поделить ее и каждый будет окучивать свою половину. Дальше — вопрос рекламных бюджетов, которые мы сможем к этому вниманию привязать.
Н. Б.: Аскар, забирай всех.
А. Т.: Мне надо больше.
Н. Б.: Иди в Германию!
А. Т.: Нет, зачем? Я тут работаю. В телевизионном холдинге мы оперируем телевизионными цифрами. Телезрителей в России в два раза больше, чем этих пользователей в интернете.
Н. Б.: Смотри, ты сказал, что 60 млн пользователей интернета, по данным comScore, — это телезрители. Надо еще больше?
А. Т.: Около 100 млн или даже больше, если с учетом детей. В будущем они все будут смотреть connected TV, подключенное к интернету, и поэтому мы их возьмем всех (я имею в виду телевизионщиков). Какая будет доля «СТС-Медиа»? Я думаю, что она будет не меньше телевизионной, наверное, даже больше, потому что проникновение интернета среди наших пользователей, среди нашей довольно молодой аудитории выше, чем у других уважаемых коллег по цеху.
Н. Б.: Хорошо, в связи с этим я задам такой вопрос: а чем вы их собираетесь привлекать? Чем брать?
А. Т.: Качественным контентом.
Н. Б.: Что значит «качественным контентом»? Он сегодня разве некачественный?
А. Т.: Почему? Мы его и сейчас серьезно привлекаем. Мы, в отличие от наших уважаемых коллег, десятки лет занимаемся развлечением людей у телеэкрана, и мы знаем про аудиторию все! Мы этим занимаемся профессионально каждую минуту, каждый день. Мы анализируем каждую минуту эфира, мы продюсируем очень дорогие новые продукты. В отличие от наших уважаемых коллег, которые получают контент уже готовым для пользователей, мы занимаемся его заказом, изготовлением, работой с рекламодателями, изучением целевой аудитории.
К сожалению, я сейчас говорю не в сторону наших уважаемых коллег, которые тоже делают огромные усилия в сторону становления интернета, а с точки зрения пользователя: казалось бы, взял видео и выложил в интернет. Простота вот в чем: я взял «трубу» — YouTube или RuTube — и выложил. На самом деле за кадром остается титаническая работа сотен и тысяч людей, которые контент вырастили, узнали, что пользователям нужно на год вперед, потратили огромные деньги на съемки, иногда на пересъемки. Да, миллионы долларов! Для России это миллионы, там — миллиарды. И вот эта выкладка видео в интернет — это только последняя часть.

Телевидение будет соревноваться с видеохостингами в интернете именно за счет своего огромного опыта, экспертизы в области продюсирования, создания контента, создания эфирной сетки и программирования этого вещания.

С. К.: Мы, разумеется, приходим на этот рынок как провайдеры услуг, и Аскар абсолютно прав, что мы на данный момент являемся в первую очередь агрегатором, потому что мы получаем продукт, который произвели другие.

Мы сейчас являемся в первую очередь именно специалистами по доставке, это и есть наша основная экспертиза. Но со всей очевидностью мы тоже мечтаем быть в connected TV, и не только мы, Ivi.ru, а такого плана сервисы, как Netflix и Hulu в Америке. Разумеется, мы тоже будем двигаться в сторону производства собственного контента, как Netflix и Hulu уже сделали.

Поэтому я думаю, что в connected TV будет то же самое, что мы сейчас видим на телевидении: будет три-четыре крупных игрока, три-четыре кнопки, которые будут делить между собой внимание основной части аудитории. Самое главное, кто будет этими кнопками. Условно говоря, кто будет «Первым каналом», кто будет ВГТРК, СТС и ТНТ нового мира connected TV. Мы делаем серьезные шаги и инвестиции в сторону того, чтобы стать одними из крупных потребителей пользовательского внимания. Я уверен, что СТС там тоже будет, потому что у них есть тоже очень много сильных сторон и преимуществ, которые им позволят занять свою долю рынка.
Н. Б.: Ну что же, друзья. Мне хочется продолжать все дальше и дальше, но к моему глубокому сожалению, рамки эфира ограничивают, и Аскар как телевизионный деятель это знает. Я перейду к финальному вопросу: вы давно являетесь лидерами предоставления услуг, аналитиками, экспертами развития. Возможно, сейчас смотрят нас «середнячки». Не кривя душой и раскрыв планы, скажите: что будет рулить в ближайшем будущем, что выступит революционным драйвером, может быть технологическим драйвером, может быть, рюшечным, как на Videomore.ru — что можно куски цитировать? Что, безусловно привлечет больше внимания к этим проектам?
А. Т.: Я думаю, что за вебизодами и веб-сериалами вскоре будут популярны веб-реалити-шоу.
Н. Б.: В двух словах раскрой, что это.
А. Т.: Дело в том, что сейчас бум производства контента именно для интернета, и этот контент не связан жесткими телевизионными рамками, когда есть эфирное время и некоторые цензурные ограничения.
Н. Б.: Аскар, извини, я тебя перебью. Неужели ты думаешь, что пользователь, который привык смотреть видео в интернете, любит, когда здесь и сейчас идет реалити-шоу? Он будет сидеть в интернете? Я думал, что интернет-пользователь может посмотреть это в любое удобное для него время?
А. Т.: А он и будет в любое удобное время смотреть веб-реалити-шоу! Хоть на мобильном телефоне, хоть на рабочем компьютере. Он может посмотреть и отложенную запись. Дело в том, что реалити-шоу не будет загнано в какой-то телевизионный павильон, а будет происходить везде по городу.
Н. Б.: То есть люди будут с камерами ходить?

А. Т.: Будет геомобильное реалити-шоу, где сможет участвовать каждый пользователь. Если вы придумаете какую-то веб-игру по городу типа «Ночного дозора», где каждый участник может найти какой-то hidden object, стать свидетелем какого-то события и начать моментально транслировать это в Сеть, то это и будет всеохватывающее интернет-телевидение, которое будет здесь и везде.

Н. Б.: Но это будет UGC-контент?
А. Т.: Естественно, он будет препарирован, спродюсирован и подан профессионально.
С. К.: А наша ставка — то, что сейчас называется social TV, то, куда двигаются все основные монстры. Логика очень проста. Почему кинотеатры до сих пор являются основными генераторами денег для видеоиндустрии? Потому что кроме того, что там можно просто смотреть контент, есть еще и возможность коллективного переживания.

Современный интернет — это связь видеопотребления с вашим социальным графом, то есть, условно говоря, возможность потребить контент вместе с вашими друзьями: обсудить, поделиться, пригласить на повторный просмотр, чтобы обменяться рецензиями, а самое главное, испытать какое-то коллективное эмоциональное вовлечение и удовлетворение. Вот это будет главным драйвером на ближайшие годы, вот туда и будет двигаться вся глобальная индустрия.

А. Т.: Да, я абсолютно согласен. Мы первые на территории России ввели технологию кинотеатров на Videomore.ru. Это возможность пользователей одновременно смотреть синхронизированный по времени видеопоток из единиц времени, которые могут быть сформированы как из готового телевизионного контента, так и, как вы сказали, из «нарезанных» цитат видеопользователей. И вот эти виртуальные каналы, в том числе для пользователей, могут сами синхронизироваться. То есть пользователь может нажать на кнопку и сказать: «Я хочу увидеть все самое смешное и интересное из эфира „СТС-Медиа” за вчера!» Сервис проводит аутсорсинг контента, выбирает все самое популярное, самое цитируемое и дает выжимку пользователю, который в режиме реального времени может общаться в чатах, видеоконференциях. Вот это такое живое, растекающееся видео в интернете.
Н. Б.: Ну что же, друзья, я поинтересовался этим, чтобы для SeoPult.TV что-то интересное придумать, но я думаю, что вам, дорогие зрители, тоже будет интересно узнать от наших гостей прогнозы, даже не фантастические, а реально действующие. Большое вам спасибо, Аскар и Сергей! Удачи и процветания вашим компаниям. Дорогие друзья, мы будем внимательно следить за вашим развитием и не дадим Западу проникнуть на наш рынок. Ну а вам, дорогие друзья, — стремитесь, пробуйте, анализируете и делайте что-то похожее на то, что делают наши сегодняшние гости. Возможно, у вас это получиться чуточку лучше. До новых встреч, пока!

Развернуть текстовую версию
Комментарии