Регистрация
Зарегистрируйся на сайте и получи доступ к полному контенту сайта и подпискам бесплатно!

Разработка приложения: через агентство или напрямую?

0
0
2 0
Аудио Текст
21 марта 2013

Игорь Бевзенко совместно с Михаилом Цуприковым (Mobigear) и Евгением Кругловым (Articul Media) дискутируют о том, как разрабатывать приложения: отдавать исполнителю напрямую или действовать через посредников.

Из передачи вы узнаете:
— сколько качественных студий-разработок и digital-агентств присутствует на рынке;
— где лучше разрабатывать приложения;
— на что готовы тратить деньги клиенты;
— какие типы заказчиков существуют;
— кто отбирает хлеб у студий;
— как выстроить ценовую политику, чтобы не остаться у разбитого корыта.

Игорь Бевзенко: Здравствуйте, дорогие друзья! Мы начинаем серию передач SeoPult.TV и Mobile Developer Day. Сегодня у нас в гостях Евгений Круглов, представляющий компанию Mobigear.ru, и Михаил Цуприков, представляющий компанию Articul Media Group. О чем мы поговорим с ними сегодня? Анализируя опыт развития мобильного рынка, можно сказать, что он из стадии формирования вышел на стадию развития. С чем это связано? С тем, что появляются специализированные, хорошо сложенные, обладающие опытом агентства — разработчики мобильных приложений и мобильных проектов, которые составляют, не могут не составлять конкуренцию digital-агентствам, обслуживающим маркетинговые бюджеты компаний. Собственно, на их же поле. Давайте вспомним, как у нас вообще формировался рынок digital, и в частности digital-агентств. В начале 2000-х всеми разработками для маркетинговых коммуникаций занимались традиционные ATL-агентства, постепенно внутри них стали развиваться digital-подразделения, которые в скором времени и умерли. Ну, у кого-то остались, но в целом это направление отмерло как неперспективное. И те самые digital-агентства, которые родились в начале 2000-х, на данный момент существуют независимо.

За ATL мы идем в одни агентства, а за получением digital-экспертизы — совершенно в другие. Происходит обратное слияние: выросшие самостоятельно, отпочковавшиеся digital-агентства приобретаются обратно крупными холдингами, чтобы встать в полносервисную структуру самих себя. Будет ли у нас такое с мобильными разработками?

У нас представители двух полярных сторон, хоть и во многом пересекающихся. Одна сторона, Articul Media Group, — это сформированное digital-агентство с большим опытом, которое занимается как собственными мобильными разработками, так и разработками для коммуникационных проектов клиентов, вторая сторона — это компания-разработчик, которая разрабатывает как для клиентов напрямую, так и по заказу подобных агентств. Давайте обсудим, во что это все выльется, станут ли мобильные разработчики конкурентами digital-агентств или так и останутся подрядчиками, спрятанными под возможности коммуникаций и продажи решений digital-агентств, будут ли они конкурентами? Как выгоднее и как удобнее? На самом деле, это большой феномен для нашего рынка, когда digital-агентство делает чужие проекты, компания запускает собственные проекты как некий новый бизнес, плюс, скажу вам по секрету, на рынке большое чудо то, что разработчики мобильных приложений находятся в штате компании. У Articul Media Group — так. Что вы думаете о перспективах подобного роста, развития, структурирования рынка?
Михаил Цуприков: Безусловно, мы видим тренд, который показывает нам, что студии хотят идти напрямую к клиентам. Скорее всего, это логическое развитие рынка. Тем не менее путь, по которому решили пойти мы, мне видится более логичным: крупное digital-агентство, имея достаточно большую экспертизу в коммуникациях и в маркетинге, создает внутри себя как бы in-house-структуру с разработчиками, программистами, которые способны решать любые клиентские задачи в первую очередь, во вторую — делать какие-то свои проекты, на которых агентство также может зарабатывать. Здесь, наверное, действительно нет пока прямой конкуренции, потому что, будем откровенны, осваиваются достаточно разные бюджеты, осваиваются бюджеты разных клиентов. У некоторых есть свои агентства, которые разрабатывают какие-то общие коммуникационные стратегии и которые вынуждены обращаться в другие агентства, уже digital, имеющие достаточно большой опыт в mobile, в мобильных разработках, потому что им это удобнее с той точки зрения, что они говорят на одном языке. К студиям-разработчикам, наверное, может кто-то пойти, но в крайнем случае, имея перед собой какие-то конкретные примеры, кейсы, разработки.
И. Б.: Говоря о студиях, разработчиках и кейсах, скажите, сколько на рынке, по вашей оценке, на данный момент профессиональных команд, студий мобильных разработчиков, которые могут составить реальную конкуренцию вам?
М. Ц.: Студий у нас очень много.
И. Б.: Как по качеству разработок, так и по качеству клиентского сервиса. Почему? Потому что ни для кого не секрет, что маркетинговые департаменты крупных компаний привыкли к специальному отношению к себе, к особенному подходу, к долготерпению и иным, скажем так, формальностям отношений.
М. Ц.: Агентства говорят друг с другом на одном языке, и они понимают, скажем…
И. Б.: Агентство и маркетинговый департамент?
М. Ц.: Можно это разложить еще на подвиды. Есть топовые клиенты, которым свои агентства это все планируют. Эти агентства не имеют экспертизы, например, в мобильных разработках, но они опять-таки не будут обращаться напрямую в студию, потому что так повелось.

Мы все знаем, что такое NDA, и большинство действительно крупных, интересных мобильных проектов даже не знает о том, кто их действительно разрабатывал. Так есть. Так, видимо, будет.

И. Б.: Да, это очень распространено. Так называемые мобильные негры, которые все это делают без имени и фамилии.
М. Ц.: Да, да.
И. Б.: О количествах: сколько, вы думаете, есть студий, которые реально готовы?.. Потому что года три назад, когда мы заходили к нашим клиентам, мы говорили следующее: «Ребята, а посмотрите, никого, кроме нас, нет!» — и это было действительно практически так. Да, были единицы, было пять компаний, но они были настолько не на поверхности, что найти кого-то с каким-то коммуникационным опытом было невозможно. Мы нагло это говорили, в прошлом году я продолжал это говорить, мне отвечали: «Подождите, подождите! Вот рейтинги, их много!» Я: «Да? Вот, блин, время поменялось!» Сколько сейчас, по вашей оценке?
М. Ц.: Я могу ошибаться, я не претендую на какую-то мегаэкспертную оценку…
И. Б.: То, что видите вы.
М. Ц.: Ну, не больше десяти, наверное. Тех, у кого действительно есть экспертиза, в первую очередь в коммуникационных платформах, программировании с точки зрения маркетинга, интерфейсов, коммуникаций с потребителем, как это все можно построить, чтобы было меньше кликов до конечной цели, что в первую очередь интересует больших клиентов.
И. Б.: Да, при словах: «А какие у нас будут KPI по нашему продукту?» — все выпадают.
М. Ц.: Да, большинство студий, скорее всего, выпадут, а агентства прекрасно это разложат по полочкам.
И. Б.: Агентства умеют держать серьезное лицо даже в безвыходных вопросах. Евгений, позиция digital-агентства понятна: «Мы не зря работали последние десять лет, у нас есть опыт, мы крепко сидим на нашем клиентском стуле и никого не хотим отдавать». В принципе, пока все так и есть, пока действительно клиенты не очень хотят общаться с разработчиками по разным причинам. Но возможно, вы сумеете изменить ситуацию, вы говорите о том, что работать напрямую во многих случаях интереснее, выгоднее и для клиента, и для студии. В чем эта обоюдная выгода?
Евгений Круглов: Ну, основная выгода в том, что работают непосредственно заказчик и исполнитель, притом что исполнитель обладает реальной экспертизой в плане того, что можно сделать в том или ином случае
И. Б.: Технологической экспертизой?
Е. К.: Да. Она на самом деле здесь очень важна, потому что рынок, как вы правильно сказали, достаточно молодой, он только-только начал приобретать заметные размеры, раздуваться, и если год назад еще, может быть, так активно никто не говорил о мобильных приложениях, то сейчас о них говорят все и все хотят мобильное приложение. Но очень мало кто понимает, что это такое. Есть несколько типов заказчиков, которые уже зашли на этот рынок, у них есть какая-то своя экспертиза, и это в первую очередь, думаю, банки. И они, наверное, съели свой первый пуд соли, разобравшись в том, как это работает. Но огромное количество других заказчиков, клиентов, которые сейчас интересуются этим направлением, пока очень слабо понимают, что там можно сделать. В 90% случаев все работают от Веба, и это привычная среда, они хорошо ее знают, и им хочется вещи, которые они делали в Вебе, перенести в мобильный.
И. Б.: Почему наличие промежуточного звена между вами и заказчиком мешает в этом?
Е. К.: Ну, будем откровенны, оно не всегда мешает, но, когда это происходит, случается история с испорченным телефоном, потому что любое звено между исполнителем и заказчиком (а иногда этих звеньев бывает два или даже три) вносит некий шум, который в итоге изначальную идею разворачивает на 180 градусов. А потом, агентства сами…
И. Б.: Разрешите, я открою секрет: даже внутри коммуникации «digital-агентство — маркетинговый департамент» идея зачастую меняется девяносто...
Е. К.: Это само собой, это понятно.
И. Б.: И несчастные копирайтеры, арт-директора, которые приносят конфету, потом говорят: «Блин, докомментировались! Стыдно, стыдно!»
Е. К.: Да, согласен.
И. Б.: Так что это проблема коммуникации, которая всегда возникает.
Е. К.: Да, но здесь она усиливается, вырастает еще в несколько раз, и проблема состоит в том, что там что-то придумали, в связи с чем изначальная идея и то, как она в брифе, который прошел сколько-то стадий, попадает к нам, — это две большие разницы.
И. Б.: А так не отдавайте придумку! Как делаем мы? В те агентства, с которыми работаем мы, мы приезжаем, берем креативный отдел, который ни хрена не знает, кроме как про Веб, сажаем и говорим: «Ребята, если придумали игру, прыгать можно отсюда досюда. Если придумали мобильный навигатор, исполнимы следующие условия. Мы не рассказываем вам, что придумать, но у вас есть абстрактный чугунный болванчик, которого вы можете раскрасить своими креативными красками, только ни вправо, ни влево!»
Е. К.: Это хороший пример, но я знаю таких примеров единицы пока. К сожалению — хорошо, буду говорить за себя, но и то, что я слышал от других, похоже на то, что я знаю, — ситуация такова, что они сначала что-то все вместе напридумывали и потом сказали: «А, здорово!» — прибежали и спросили: «Ребята, а вы можете это сделать?» Мы смотрим на это дело: «Елки-палки! Что же такое придумали?»
И. Б.: Михаил, а можете отвернуться? Мы сейчас посплетничаем! Недавно у нас было так. Приходит креативный отдел очень креативного, очень профессионального агентства и говорит: «Ребята, мы придумали классную идею и продали ее клиенту».
Е. К.: Ключевое слово здесь — «продали». Уже продали.
И. Б.: «Augmented reality — писк моды!» Ладно, мы проехали то, что в 2009 году в augmented reality поиграли, но наши инновационные бренд-менеджеры купили у нас суперидею. «Мы берем „мобилу”, смотрим на башню „Федерация” с любой точки, с любого приближения, и она у нас начинает трансформироваться, плясать, у нее появляется, ротик, ножки, она от нас убегает…» Я говорю: «Ребята, а в augmented reality есть маркеры, фигаркеры. Вообще, как мы ее будем определять, как вообще идентифицировать?» Они говорят: «Не знаю, вы технари, вы разбирайтесь, а мы все продали!» Вот как у вас, до какого абсурда доходит?
Е. К.: Ну, пару раз мы с таким сталкивались.
И. Б.: К вам тоже приходили с башней «Федерация»?
Е. К.: Нет, не «Федерация» была, там что-то другое плясало, танцевало, тоже надо было что-то на кого-то навести, и потом это что-то куда-то улетало.
И. Б.: Вопрос о деньгах: вы считаете, что Михаил ест ваш хлеб? Ваш стол был бы красивее, больше, полнее и вкуснее, если бы Михаил не откусывал свой кусок по дороге?
Е. К.: Я считаю, что да, это случается. Это случается, и денег все-таки жалко. Не то чтобы жалко даже, здесь во многом мы сейчас выстраиваем свою стратегию, в том числе ценовую, таким образом, чтобы не чувствовать себя обиженными в таком случае.
И. Б.: Но можно достроиться до того, что будет неинтересно с вами работать!
Е. К.: Возможно. Нужен какой-то баланс, потому что всегда есть ребята из какого-нибудь…
И. Б.: Минска?
Е. К.: Да, которые сделают это в пять раз дешевле. Но здесь вопрос экспертизы, вопрос знания, умения и многого-многого остального. Денег жалко, но денег всегда, наверное, жалко, и это нормально.
И. Б.: На самом деле это два пути: первый путь — это когда мы экономим деньги на собственном new-бизнесе, мы экономим деньги на собственном клиентском отделе, потому что с агентством коммуницировать гораздо проще и дешевле…
Е. К.: Совершенно верно, это то, что я хотел сказать.
И. Б.: …и работаем с агентством. Или нанимаем классных «ньюбизов», причем оттуда уже, с опытом в digital, у которых в записной книжечке все записано…
Е. К.: Совершенно верно.
И. Б.: …и они у нас за большие бабки начинают носиться. Мы нанимаем «утятник».
Е. К.: Да, клиентская база.
И. Б.: Да! И становимся прямыми конкурентами.
Е. К.: Но соображение, что мы экономим на каких-то людях, на каких-то бизнес-процессах и еще на чем-то, помогает смириться с идеей, что это приложение, которое ты сделал за условные какие-то 500 тыс., туда уйдет за условные несколько миллионов.
И. Б.: В этом году Евгений и Михаил лбами в печи не столкнутся?
Е. К.: Думаю, пока нет.
И. Б.: Понятно. Михаил, а за что вы едите свой хлеб, когда вы аутсорсите мобильные разработки? Я уверен, что такое тоже случается.
М. Ц.: Я прекрасно понимаю студии, когда они уверены, что у них отбирают хлеб и едят его нагло и безбожно. Но на самом деле абсолютно нет. Действительно, очень-очень много времени экспертиза занимает, и мы вот посмеялись над словом «продать». Продать гораздо чаще бывает намного сложнее, чем реализовать. Я просто могу говорить по опыту рынка, свой опыт сейчас не буду сюда вставлять. Коммуникация порой длится порядка полугода, когда идут обсуждения того или иного проекта. Пусть это будет прямой клиент, пусть это будет его агентство, которое разработало какую-то стратегию коммуникации, и вот выбирает то или иное агентство, с кем ему будет удобнее реализовывать проект. Здесь есть несколько вариантов, но вдаваться в детали не будем. Безусловно, здесь очень долгий процесс переговоров идет, и, как бы смешно это ни звучало, на переговоры, если мы это в трудозатраты переведем, уходит порой больше денег, чем в реализацию. И поэтому я абсолютно не считаю, что мы едим чей-то хлеб, и, более того, добавлю, что есть вариант, когда мы, да, работаем, например, с каким-то партнером, с каким-то подрядчиком, мы у него спрашиваем: «Ребята, сколько денег будет стоить вот это?» Они нам говорят: «Ну, условно говоря, полмиллиона рублей». Я не очень понимаю позицию подрядчика, который начинает заглядывать в наш карман и думать: «А за сколько же они продали этот проект?» Мне кажется, что это не очень правильно.
Е. К.: Ну, это естественный вопрос.
М. Ц.: Давайте заниматься своим делом: мы продаем — подрядчик реализовывает.
Е. К.: И можно я добавлю?
И. Б.: Да.
Е. К.: Здесь есть и другая сторона медали. Было сказано про полгода продажи. Это в том числе означает, что, когда происходит согласование стратегий или говорится: «А давайте сделаем так», «А давайте сделаем иначе», — каждые две недели надо оценивать новую идею нового приложения. Или мы там подкрутили вот это поменяли, а мы сейчас перерисуем дизайн, а давайте дизайн нарисуете вы, и это тоже наши косты, это наш бизнес-девелопмент, который потом нигде… Ну, мы на практике очень редко его можем выставить в счет тому же агентству.
И. Б.: Ну, эти косты непредсказуемы, и непонятно, сколько усилий уходит в пустоту, сколько усилий окупается.
Е. К.: Вот, совершенно верно! Полгода ты можешь им рисовать что-то такое, а потом они говорят: «Отлично, у нас все готово», — объявляют тендер и выбирают тех самых ребят из Минска, потому что у них в два раза дешевле. А ты туда вложился!
И. Б.: Да. И при неправильной схеме действий может случиться так, что твою идею и стратегию бесплатно для тебя будут делать ребята из Минска. В итоге ее не сделают, через полгода клиент вернется к тебе, но скажет: «Ребята, мы тут побаловались за 120 тыс. рублей. Вам неделя!»
Е. К.: Да, а потом они скажут: «Вы знаете, у нас было три месяца, мы два месяца что-то делали, и у нас все в мусорную корзину, давайте вы сейчас за две недели нам быстро все зафигачите, и будет красиво. Но бюджет мы тоже потратили, поэтому надо еще в два раза дешевле это сделать». Это очень скользкий момент, поэтому здесь объем работы, который происходит до продажи, и в агентстве, и в студии очень большой. И невозможно сказать, что ты сидел, ничего не делал, а потом агентство все продало, все придумало и пришло к тебе, а ты только взял и спрограммировал. Мне кажется, это совершенно неправильно.
М. Ц.: Мне кажется, не зря мы привели пример с «Федерацией». Все-таки, на мой взгляд, такие ситуации бывают гораздо чаще, нежели когда ведется комплексная работа со студией-подрядчиком, когда мы допридумываем какие-то идеи и выходим с ними к клиенту. По моему опыту, это происходит достаточно редко.
Е. К.: Я бы тут задал вопрос: почему бы вам не взять меня или не меня, а моего какого-нибудь коллегу, привести его на встречу к тому же самому клиенту и сказать: «Давайте обсудим!» И тогда идея, что у вас башня «Федерации» будет плясать, даже не возникнет, потому что вас сразу зарубят в какой-то момент правильные люди.
И. Б.: С одной стороны, закономерно, да, а с другой стороны, зная, сколько внутри происходит прелюдий, телодвижений, заходов и выходов, это будет еще более трудозатратно для вас, чем процедура «а допишите». Вот есть один проект, мы на него тендеримся, нам нужны какие-то идеи, две недели идет плотная работа, в рамках которой происходит куча внутренних встреч, куча встреч на верхах, куча предварительных встреч на том уровне, на том, а потом уже — к большому директору. Это две недели, которые вычеркнуты из жизни проектной команды, group head креативного. И именно вас вычеркнуть из вашего бизнеса за 0 руб. 0 коп. не получится, к сожалению.
Е. К.: Возможно, но у нас все равно есть клиенты, с которыми мы работаем напрямую. Это значит, что у нас есть не только проджект-менеджеры, но и аккаунт-менеджеры и другие люди, которые на самом деле выполняют те же самые функции. Я не говорю о том, чтобы обязательно я как руководитель студии ездил и всем все продавал. Как раз на первые две встречи, про которые говорилось, или на последние, с большим директором, можно приехать и что-то такое рассказать, если требуется. В большинстве случаев требуется экспертиза, и экспертиза — это обсуждение идеи до того, как она была продана.
И. Б.: Понимаете, в чем дело (резюмируя то, что мы проговорили). Экспертиза, честно говоря, достигается достаточно простым способом: она не технологична по своей природе. Как мы, допустим, делали?

Мы брали молодого человека с хорошим образованием, который никогда ничего не знал ни о «мобилах», ни о Вебе, он просто креативный по своей природе, мы его сажали на две недели и говорили: «Парень, вот смотри, категория „Алкоголь” в AppStore. Пожалуйста, за две недели изучи все, что происходило за текущие годы: то, что есть сейчас, то, что удалено, то, что выставлялось на Канны. Посмотри, что делается».

И получается достаточно простая картинка: все алкогольные приложения делятся на коктейльные группы, на какие-то простейшие игры, на приглашения на тусовку и развлечения внутри этой состоявшейся тусовки. Это предельно просто структурируется, и, честно говоря, создается типология, не требующая технологической оставляющей, просто на основании которой можно дальше что-то делать.
Е. К.: А в какой момент бутылка начинает плясать? Вот где эта точка, когда вы приходите и говорите: «Это будет приглашение на вечеринку», а вам с той стороны: «А давайте эта бутылка будет еще и плясать?»
И. Б.: Это уже не стратегия, это тактика. Вот когда она пляшет, это вопрос решаемый, и решаемый как раз силами специалистов. Возвращаясь к резюме. Смотрите, рынок развивается, рынок трансформируется. Три года назад, когда это все начиналось, мы все приходили к клиентам и говорили:
— Мобильные приложения.
— Че? Мобильные приложения?!
У нас была отличая девушка, маркетинговый директор, у нее такой модный, новый три года назад, белый iPhone. Мы говорим: «Мобильные приложения делаем». Он: «Подождите, а что это?» Я говорю: «Вот смотрите, у вас в iPhone есть такие квадратики». Он говорит: «Ой, квадратики, правда. А что они делают?» Я говорю:
— Вот, их можно загружать.
— Загружать? Да ну! Через что?
— Через App Store.
Эти инновационные бренд-менеджеры посмотрели на Канны, на фестивали, как только начали награждаться в Каннах проекты, они: «Вау! Нам тоже это надо!» Правда, непонятно зачем, но надо. За истекшие три года как трансформировался состав ваших проектов? Вопрос Евгению, потому что с вами все понятно. Во-первых, касаемо разработки через агентство или напрямую: составляющая агентства выросла или уменьшилась (и дополнительно это нам поможет понять, куда привлекаются агентства, а куда нет)? Во-вторых, как эта пропорция изменилась в части маркетинговых приложений и просто предложений для бизнеса, заказчиком которых является не коммуникационный департамент, а кто угодно, департамент безопасности, например: «Сделайте нам, пожалуйста, „Тревожную кнопку”, чтобы мы всем клиентам ее дали».
Е. К.: Хороший вопрос. Три года назад практически все коммуникации были прямые, потому что агентства вообще очень плохо ориентировались во всей этой истории. И тот же клиент, заказчик в поиске мог вбить «разработчики мобильных приложений», ему выпадал какой-то список, и мы могли оказаться среди тех, кого они приглашали для интервью и для обсуждения своих идей. Сейчас это уже бизнес, туда вкладываются бюджеты, и поэтому, конечно, агентства начали очень активно с этой историей работать, мы это заметили еще год назад, потому что тогда мы впервые начали делать оценки для каких-то наших партнеров, digital-агентств, идеи того или иного приложения. Но, как я сказал вначале, большая часть историй сейчас все равно идет от Веба. Когда к вам приходят агентства, это значит, что у них есть большая веб-история…
И. Б.: Им нужен «хвостик», который будет торчать.
Е. К.: Да, им нужен мобильный «хвост», который что-то будет делать. Если мы говорим о сервисных приложениях, настоящих сервисных приложениях, вот о «Тревожной кнопке», то служба безопасности, скорее всего, сработает напрямую.
И. Б.: А знаете, какой нюанс есть для агентств, которые приходят к вам с какой-то сформированной идеей, «торчащей из Веба», как вы говорите? Проблема в том, куда денется продукт. Если мы разрабатываем историю чисто мобильную, а не «торчащую из Веба», нам нужен целевой бюджет для ее продвижения, рекламирования, чтобы она достигла потребителя. А чтобы сделать «хвостик», который торчит, у нас и так есть промо, мы рекламируем наш сайт: «Съешь три йогурта и пришли два купона». Если к этому еще какую-то прикольную игруху сделать, они тратят ноль на продвижение, а оно идет просто по соседству. Тут важен вопрос: клиенты готовы тратить на данный момент десятки тысяч долларов за разработку мобильных приложений, но не готовы тратить сотни тысяч долларов за самостоятельное медиапродвижение этих приложений.
Е. К.: Да. Более того, я могу сказать, что я часто, особенно первое время, говорил, что вам это не нужно. Хотя это мой хлеб, и, казалось бы, надо делать. Потому что было видно, что приложение в том виде вообще не взлетит, хоть залейся бюджетами. Оно ни о чем!
И. Б.: Да.
Е. К.: Просто хотелось чего-то мобильного. Сейчас, слава богу, все-таки есть какой-то опыт, какая-то первая экспертиза появляется по рынку, идеи стали более содержательными. Но случаев, когда «мы что-то такое сейчас присобачим», все равно еще достаточно много.
И. Б.: Понятно.
Е. К.: Но, к сожалению, я прошу прощения, если говорить про «Тревожные кнопки» от службы безопасности, так получается, что запросы тоже часто приходят через агентства, потому что так устроено. Мы вынуждены работать с этим испорченным телефоном, даже если идея приложения достаточно простая.
И. Б.: Честно говоря, у нас противоположный опыт: у нас большая часть приложений, которая делается на заказ, имеет не маркетинговую природу, как бы того ни хотелось, но немаркетинговый клиент никогда не приходит через агентства, которых у нас тоже в партнерах достаточно. Они приходят через IT-департамент, через всякие вспомогательные — ту же безопасность.
Е. К.: Это сильно зависит от компании, честно скажу. Если FMCG, то они практически всегда приходят через агентства.
И. Б.: Какой-то «разноватый» опыт, но это тоже признак формирования рынка, потому что мы сидим вроде бы за одним столиком, а видим это с разных углов. Дорогие друзья, на самом деле, резюмируя нашу встречу, что хотелось бы признать? Первое: очень хорошо, что у вас нет вражды, и тем не менее, по-разному планируя свое будущее и по-разному видя ситуацию, вы состоявшиеся партнеры, и драки не будет, кошки против собак не выступают. Это хорошо. Второе (о чем не устаю упоминать): все мы следим, даже частично участвуем, следим и смотрим, как рынок трансформируется, и я уверен, что есть два пути развития. Первый путь — это когда вы будете конкурентами, так же как стали конкурентам digital-агентства, почему-то огромное количество digital-агентств стало еще и ATL-агентствами, мы можем делать все, и получается делать все, и они конкурируют с традиционными холдингами. Это один путь, когда вы станете конкурентами, и вы начнете делать интернет-проекты по заказу.
Е. К.: Да мы и делаем. И наймем человека оттуда, который будет ходить и продавать.
И. Б.: А второй путь: все-таки ваша часть рынка не сможет это сделать, и, скорее всего, вы тогда будете поглощены этими ребятами, вы будете куплены. Это тоже, в принципе, неплохо, и на свою квартиру в Майами вы заработаете. Огромное спасибо, будем с нетерпением следить. Я думаю, мы еще не раз поднимем эту тему. Через годик, через два посмотрим, что из этого получилось и кто из нас был прав. Дорогие друзья, это был SeoPult.TV вместе с Mobile Developer Day. Если у вас есть какие-то комментарии, замечания, дополнения по тому, что мы сегодня обсуждали, пожалуйста, воспользуйтесь нашим сайтом, там есть форма, вы можете поучаствовать в дискуссии, дать свои комментарии или опровергнуть те факты, которые представили наши сегодняшние гости. Дорогие друзья, большое спасибо!
Е. К.: Спасибо вам, взаимно.
М. Ц.: Спасибо.
И. Б.: Было очень интересно и радостно, что это не конфликт, это «дружественный конфликт». Благодарю вас, до свидания!

Развернуть текстовую версию
Комментарии