Регистрация

Йован Савович: Dirty, «Лепра» и всяческий «Блогистан»

18
0
1 152 0
Аудио Текст
10 октября 2014

Эксклюзивный инвайт на участие в передаче «Удельный» вес получил Йован Савович, основатель известных коллективных блогов Dirty.ru, ставшего одним из первых коллективных блогов Рунета, и «Лепрозория», в народе просто «Лепры».

Из передачи вы узнаете:
— сколько всего забанено пользователей на Dirty.ru за все время его существования;
— сколько популярных сейчас в Рунете мемов, помимо «Преведа», родилось в жестокой среде Dirty.ru;
— когда «Лепра» станет открытым сообществом;
— что такое «лепроэффект»;
— действительно ли мифический блог-сервис «Блогистан» был эпическим фейком;
— как введение платного доступа на «Лепру» отразилось на ее аудитории;
— кто сейчас рекламодатели Dirty и спонсоры «Лепры»;
— не пора ли списать Dirty и «Лепру» в культурное наследие и двигаться дальше;
— и многое другое.

Александр Плющев: Добрый день! Это SeoPult.TV, программа «Удельный вес». Меня зовут Александр Плющев. И сегодня инвайт — замечу, бесплатный инвайт — на участие в нашей программе получил основатель широко известных коллективных блогов Рунета Dirty.ru, ставшего одним из первых коллективных блогов «Лепрозория», в народе просто «Лепры», Йован Савович. Йован, добрый день!
Йован Савович: Здравствуйте, Александр! Рад вас видеть снова!
А. П.: Так, мы как обычно: я на «ты», ты на «вы»!
Й. С.: Я постараюсь на «ты», как обычно, но, может быть…
А. П.: А я буду сбиваться на «вы» иногда.
Й. С.: Хорошо. Тогда — карнавал.
А. П.: В наших передачах мы любим распутывать всякие моменты из жизни людей и попробуем некоторые моменты из твоей жизни тоже распутать. Твое имя почти никогда не отделяют от Dirty.ru, от «Лепрозория». Dirty.ru считается скорее «умным» по сравнению с «Лепрой», во всяком случае, сайтом, хотя там тоже было всякого много и т. д. Давай с него и начнем, с Dirty.ru. По справке, не став штатным дизайнером у Артемия Лебедева, ты занимался арт-проектами, собрал из инструментария сайта для президента Белоруссии свой Dirty.ru. В 2001 году Dirty.ru был открытым блогом, собиравшим людей образованных и остроумных, но 25 ноября 2002 года свободная регистрация на Dirty.ru была закрыта, и новые пользователи могли зарегистрироваться только по приглашению существующих.
Й. С.: Все шокирующе верно пока.
А. П.: Кто принимал решение тогда «залочить» Dirty.ru?
Й. С.: Обстоятельства. Мы это даже, по-моему, каждый раз обсуждаем в том или ином смысле. Там были обстоятельства, вынудившие нас закрыть сиюминутную регистрацию, но никто из нас не знал…
А. П.: Какие обстоятельства? Ты заметил, что быдло полезло, школота — или что?
Й. С.: Не быдло и не школота, а конкретные читательницы журнала, может быть Seventeen, может быть, что-то… Там в тот момент была опубликована статья «Обзор сайта» в девочковом подростковом журнале, один номер которого читал в среднем весь класс, а его тираж был гораздо больше [посещаемости] самого сайта. И поэтому мы закрыли регистрацию с планом, что пройдет, выйдет новый номер, а они все плюнут, и все продолжится. Но оказалось, что открыть ее снова гораздо, гораздо сложнее, чем кто-либо подозревал.
А. П.: Но она открывалась, а потом закрывалась.
Й. С.: Она открыта и сейчас.
А. П.: Потом открывалась, да.
Й. С.: Потом снова открывалась и снова закрывалась. И сейчас она просто открыта уже года полтора, наверное, или сколько-то. И будет в дальнейшем открыта…
А. П.: Ну, скажи слово «всегда»!
Й. С.: Нет-нет, я ее уже три раза закрывал. Всегда, может быть, и не получится, но по возможности мы не собираемся ее закрывать. Зачем это делать? То есть нужно справляться с этой открытой регистрацией, что у нас не получалось ни тогда, ни во второй раз, ни в третий. И сейчас на четвертый раз мы планируем справляться.
А. П.: На Dirty.ru вы всегда уделяли большое внимание чистоте дискуссии: банили направо и налево. Бывало, даже непредсказуемо. И, более того, это напоминало игру по правилам, которые вы сами придумали. И уберегло ли это, пошло ли это на пользу ресурсу?
Й. С.: Сложно сказать. Это, наверное, сделало его таким, какой он есть, но польза ли это или наоборот — в глазах наблюдателя. Они довольно критичные люди. Наверное, меняется образ мышления, когда делаешь продолжительное время что-то исключительно для этой тусовки людей. Потому что ты делаешь то, что, ты знаешь, будет воспринято плохо.
А. П.: А ты считал, сколько людей было забанено за все время — половина, больше? В процентном отношении.
Й. С.: По-разному. Не половина, нет. Это немножко, мне кажется, преувеличено, как, я хотел сказать, жестокость монголов, но она не была преувеличена, она была по факту. Прямо сейчас это в какой-то мере продолжается. Просто это стало традицией, какой-то вехой. Вот так дела устроены: людей банят, банят их все время, говорят, что можно, это нельзя. И сейчас очень много сайтов и очень много людей на этих сайтах, и у каждого из них свои правила. И они продолжают вести себя примерно так же, как мы говорили, только в мелких-мелких проявлениях. И опять же, я не знаю, на пользу это или нет. Это довольно прикольно, любопытно, и сейчас там начались выборы. У нас ушло довольно много времени не то чтобы нашей работы, а привыкания социума Dirty к наличию выборов как таковых — что их можно включать, ими можно пользоваться. И сейчас есть как минимум один крупный сайт, где выборы, где модерация определяется выборно. Но на это тоже ушел год, чтобы хоть кому-то стали сколько-нибудь интересны выборы. И это мы делали как веселую, прикольную вещь, «все сейчас офигеют», но, оказалось, нет, реально всем плевать на выборы. Это вообще не весело!
А. П.: Ты считал или хотя бы прикидывал, сколько за все это время существования мемов родилось там? Ну, помимо того же «преведа», который придуман был там и за который, кстати, там же и банили.
Й. С.: Да, это правда. За «превед» банили, и «превед» был искоренен в какое-то время. Но это детские немного истории, наверное, к этому моменту. То есть это было смешно, смешно, и неожиданно, и глупо, как дерьмо, прилипающее к шерсти, как любой из этих мемов. Просто на тот момент мы все были меньше, наверное, и относились по-другому. И запретить его было делом принципа: типа, на фига, это глупо, это не смешно. И теперь там нет особо «преведа». То есть как, теперь его нет нигде, это было очень давно.
А. П.: Возвращаюсь к началу вопросу: считал ли ты, какое количество мемов было придумано примерно, или прикидывал?
Й. С.: Мне кажется, по-хорошему, наверное, два-три. Смотря что считать мемами. Вот как «свидетель». Ты знаешь «свидетеля»? Силуэт свидетеля со свадьбы.
А. П.: А! Откуда он там?
Й. С.: Фрязино.
А. П.: Из Фрязино, да.
Й. С.: Это мем с большой буквы, мне кажется. Он попадается мне всюду. И он узнаваем невероятно. То есть к любой фотке раньше или позже кто-то прикрутит «свидетеля». И таких мемов сложно придумать много. Недавно «Лепрозорий» выпустил книжку своего творчества. Вы могли бы ее взять сейчас и пролистать, и там было бы больше каких-то вещей. Потому что я трети, если не половины постов этой книги не видел никогда, хотя я с первого дня сижу там все время, так получилось. Поэтому сколько мемов? «Превед» — бесспорный мем. И эта штука со «свидетелем», мне кажется, мем.
А. П.: Может быть, ты чересчур строго подходишь к определению мема, у тебя слишком высокая планка?
Й. С.: У нас нет определения мема, я с этого и начал. И смотря как мы определим — от единиц до десятков или сотен. То есть мы всегда смеемся, когда говорят, что русский язык живет и развивается, что да, это мы, мы тут придумываем от трех новых слов в неделю.
А. П.: В сентябре 2004 года от Dirty, можно сказать, отпочковался или был специально создан раздел «Лепрозорий» как раз для забаненных. Но со временем, надо сказать, он переродился в самостоятельный сайт и, более того, по известности-то обогнал, мне кажется, очень сильно обогнал Dirty.ru.
Й. С.: Пожалуй, пожалуй.
А. П.: Да, и получилось, что отделяли идиотов, условно говоря, а получилось элитарное сообщество. Как так вышло?
Й. С.: Получилось бы так, если бы у нас был какой-то план, а его, собственно, не было. И мне кажется, что люди крайне редко на практике рассказывают, что не было плана. Редко, редко встретишь такое, когда кто-то рассказывает, как все было сделано, чтобы он вышел и сказал: «Вот вышло так! Господи, откуда я мог знать?» А тут, честно признаюсь, плана особо не было. То есть сначала появилась одна штука, потом она стала тащить на себя внимание, мы ее вынесли, и появился отдельный сайт. И вещи так получались сами по себе, как в большинстве случаев происходит, просто об этом так почему-то не говорят. Я могу придумать, наверное, какой-то план абстрактный, но его, как и во всем, не было, по-моему.
А. П.: Теперь получилось следующее: Dirty открывали, закрывали, открывали, он в результате открыт, а «Лепра» с самого начала была же закрытым сообществом, есть и остается. И, видимо, останется. Теперь уже, судя по тенденции.
Й. С.: Да, то есть она «приоткрывалась» в каком-то смысле. «Лепрозорию» это не понравилось. Поэтому мы заключили с ним «социальный контракт», который сводится к тому, что все граждане «Лепрозория» платят ежегодно 750 руб., а я больше не продаю приглашения. То есть только гражданин «Лепрозория» может кого-то пригласить изнутри на свой заработанный инвайт или подаренный, как в твоем случае, а купить его нельзя.
А. П.: О платной модели мы еще поговорим. Тем нашим зрителям, которые, может быть, этого не знают, — хотя я сильно сомневаюсь, что такие найдутся, — тем не менее, объясни, что такое «лепроэффект».
Й. С.: Хм, а что такое «лепроэффект»? Когда о чем-то начинают писать на «Лепрозории» и потом… Это как эффект любого другого сайта, где есть люди, пассионарные люди. Он не отличается ни от какого другого пассионарного… Может быть, только своей пассионарностью, вот что. А я даже не знаю, они покупали и снегоход этому мужчине, который чистил взлетную полосу. Это пример «лепроэффекта». Есть детские дома, которым «Лепрозорий» помогает. Сейчас будет «Лепробал», второй уже, на десятилетие, который они полностью сами устраивают. И это уже не «лепроэффект», наверное. «Лепроэффект» — это…
А. П.: …это воздействие на внешний мир.
Й. С.: Да, да. Мне хочется придумать какой-то конкретный пример смешного «лепроэффекта», но почему-то ничего не лезет в голову, хотя…
А. П.: Хорошо. Сейчас чуть-чуть об элитарности. Как участники любого, наверное, закрытого сообщества, участники «Лепры», так или иначе, — они могут это отрицать, но тем не менее, — считают себя некоторой элитарной группой, элитарным сообществом. И часто пренебрежительно высказываются о других сообществах и т. д. Бывает такое.
Й. С.: Да.
А. П.: Но вот смотри, по статистике, в программе «Рунетология» ты сам говорил, растете вы вместе с рынком. В настоящее время у вас «около 150 тыс. в день, 3,8 млн визитов в месяц, 684 тыс. уникальных посетителей, из всех этих посетителей 86,3% — постоянные пользователи, 13% — новые пользователи…» Многовато!
Й. С.: Мне кажется, я открыл статистику и диктовал ему.
А. П.: Многовато для элиты вообще!
Й. С.: Да! Или нет… Это просто цифра, ее надо с чем-то сравнить. Есть 1% планеты… Вы слышали про неравенство, и про то, сколько денег они контролируют, и про заговоры, про все дела, про 1%? Это 80 млн человек. Ну, 70. Ну, как считать.
А. П.: Ну да.
Й. С.: То есть это довольно большая толпа «элиты», которая вроде бы заправляет всем. Соответственно, и заговора никакого нет, слишком их много. А это старые данные, «Лепрозорий» стал меньше, потому что он стал платным. И у него сейчас, я боюсь соврать, но под 17 тыс. граждан, которые теперь, по твоему определению, гораздо «элитнее», чем несколько месяцев назад.
А. П.: В то же время, как я понимаю, идея закрытого клуба до сих пор не изжила себя в том смысле, что есть, точнее, нет, а, может быть, есть «Блогистан», в который…
Й. С.: Нет, «Блогистана» никакого нет. Эта шутка прошла!
А. П.: …в который все хотели прорваться, ты помнишь, да? Это мифический, якобы блоговый сервис был, а может быть, не блоговый сервис. Все его ждали и т. д. И все, эта идея закрыта навсегда?
Й. С.: Она не была открыта ни разу, то есть она была выдумана этим элитным сообществом. Они же делали скриншоты, видеоролики, как они пользуются, к чему у них есть доступ.
А. П.: Ну да.
Й. С.: А потом, когда мы несколько лет назад решили открыть кабак, мы воспользовались имеющимся у нас названием. Теперь он закрыт, потому что людям, которые занимаются сайтами, стоит продолжать заниматься сайтами, кроме Темы Лебедева. Тема Лебедев большой молодец! И вся шутка с «Блогистаном» официально в прошлом навсегда. Никакого «Блогистана» больше нет.
А. П.: Теперь давай про деньги.
Й. С.: Хорошо.
А. П.: Про платный доступ — 750 руб. в год. Как это сказалось на аудитории, сильно ли она уменьшилась?
Й. С.: По цифрам статистики, по цифрам показов страниц, сколько, собственно, «Лепрой» пользуются, она не принципиально уменьшилась. Она принципиально уменьшилась, если посмотреть, скажем, украинцев.

Украинцев на «Лепрозории» почти не стало.

По статистике. Я не хочу звучать негативно или осуждать кого-либо. На Украине сложнее платить. По атмосфере — это совсем дело каждого. Мне лично очень-очень нравится. Я могу признаться в необъективности на фоне всего остального, потому что все теперь, когда видят меня… Последний раз, когда я был на радио, в студии, прямо на экране, молодой человек открыл и стал умножать количество аккаунтов на «Лепре» на 750. И потом они все так: «Хм! Хм!» И предложили пойти покурить с ними. Очень приятные молодые люди.
А. П.: А кстати, сколько аккаунтов сейчас на «Лепре»? Давайте умножим на 750.
Й. С.: Ну, вы выясните и умножайте. Что же я вам буду помогать? Там под 17 тыс., мне кажется.
А. П.: 17 тыс.?
Й. С.: Да, да. Я хотел сказать, что необъективно их все умножать на 750. Но что я буду мешать людям развлекаться?
А. П.: Конечно.
Й. С.: Умножайте все что угодно! И после этого… Во-первых, было очень драматично, когда мы ввели эту фигню. Про меня стали сочинять анекдоты. Это было довольно прикольно, и я хотел отметить life event в Facebook как событие в жизни, что про меня стали… Я получил «форвард», в котором было письмо с кучей анекдотов про меня, и несколько из них было реально смешных. По-настоящему, правда смешные анекдоты. И я подумал: «Какой момент!» Там меня спрашивают, есть ли евреи в моей семье, и я всем отвечаю, что нет, мол, я первый. Этот мне запомнился. И стало гораздо по результату, на мой, опять же, необъективный взгляд, уютнее, милее и спокойнее. При этом остался абсолютно тот же «Лепрозорий», как и есть. Я часто говорю всем, что он самая стабильная вещь, которую я знаю на свете. С первого дня и сегодня, если открыть эту заглавную страницу, — для того чтобы заметить разницу, нужны недоступные нам сейчас аппараты измерения, вот как бы я сказал. Он очень-очень ровный и стабильный. Такой, как получился.
А. П.: Кстати, инвайт на «Лепру», судя по выдаче Google, стоит 1200 руб. Если у меня есть, остались еще, с нашего последнего интервью…
Й. С.: У тебя тысяча евро в инвайтах.
А. П.: Да, ну, что-то в этом духе. Таким образом старые участники отбивают свои расходы? Я не продал еще ни одного.
Й. С.: Я не знаю, они могут. То есть мы всегда боролись против кражи — краж, похищений и воровства аккаунтов, воровства инвайтов. И это понятно. Если это нормальные инвайты человека, как в твоем случае, то какое мне дело, что ты с ними будешь делать?
А. П.: Ну, как-то нехорошо, мне кажется.
Й. С.: Я был бы против обмена на нелегальные наркотики, такого плана. Ну, чисто…
А. П.: А если на водку, то можно.
Й. С.: Я хотел вслух это сказать! Я против этого. А кроме этого, правда, уже твое дело, это твоя частная собственность, ты их заработал или получил. Или если ты их не украл, то делай, что тебе угодно.
А. П.: Хорошо, тогда о твоей частной собственности. Чем зарабатывает твоя компания Futurico? На сайте в качестве примеров представлено целых шесть проектов, в том числе социальный сайт «MTV Россия», промосайт Sony Bravia, консультация для WebMoney.
Й. С.: Это все прошлое. Теперь моя компания тренирует ворон воровать мелочь! Мы думаем, это примерно коробка в два кубических метра ставится на крышу многоэтажного здания, которых много в Москве. И она за пятирублевые монеты выдает зерно. Через какое-то время вороны учатся этому, и они начинают воровать. Знаете, сколько мелочи теряется в день в Москве? Речь идет о десятках миллионов рублей потерянной мелочи, которую можно менять на зерно через ворон по курсу 5 руб. за 10 г. Этим моя компания зарабатывает на жизнь! Мы продаем воронам зерно! Те работы, которые вы перечислили… Во-первых, Александр, вам надо перестать выглядеть смущенно! Работы, которые вы перечислили, — это все то, чем мы занимались раньше. Мы занимаемся веб-девелопментом с тех пор, как компания существует. В последние, наверное, два с половиной года мы забросили все и занимаемся исключительно Dirty и «Лепрозорием» и новыми, соответственно, планами, о которых я не буду сейчас разговаривать. Но нашими двумя сайтами. Мы не делаем сайты на заказ, мы продаем рекламу и продаем по 750 руб. доступ в «Лепру».

А. П.: Кстати, а что больше приносит заработка — реклама или аккаунты?
Й. С.: Прямо сейчас — аккаунты.

У нас какие-то планы и надежда на рекламу, но в идеале я бы хотел, чтобы и на Dirty… То есть на «Лепрозории» нет рекламы просто, там нет ничего, кроме аккаунтов. И это большую часть нам… Когда удачный рекламный месяц и прошла одна или две спецакции, тогда D3.ru может заработать больше «Лепрозория». На постоянной основе «Лепрозорий» со своих подписок — это то, чем мы зарабатываем. И в идеале я бы лично хотел точно так же на D3.ru сделать, чтобы эти золотые аккаунты стали полезнее, популярнее, «массовее», и поработать на этих людей, собственно.
А. П.: Что касается рекламы, у Futurico на том же сайте, — может, я зря туда хожу и наши редакторы туда зря ходили, — указаны цены на 30 июня 2012 года. Прайс не планируете обновлять?
Й. С.: А там прайсы на Dirty и на «Лепру». На «Лепру» прайса больше нет, а на Dirty есть раздел рекламы на самом сайте. То есть там стоит весь Futurico.ru обновить, возвращаясь к этому. Но если вас интересует реклама, я могу выслать вам свежий прайс индивидуально.
А. П.: С удовольствием! А кстати, кто рекламодатели у Dirty?
Й. С.: Последними были эти люди, которые арендуют подвалы по Москве и ремонтируют их, продают в них квесты. Сначала через нас рекламировалась «Клаустрофобия», которая стала очень популярна. Это наши большие друзья и очень хорошие люди. А потом через нас же после их популярности стали рекламироваться другие их конкуренты. Это какая-то последняя история. Не считая какие-то бренды. То есть так-то там баннеры продаются, и трафик, и остаточный трафик. У нас есть объявления, которые покупают сами пользователи. И они приносят, наверное, меньше, но какую-то часть дохода. Все равно меньше, чем продажи рекламным агентствам, но это что-то, что у меня в голове было бы на втором месте после аккаунтов пользователям, — задешево продавать ту же рекламу самим этим людям, которые туда ходят.
А. П.: Я-то ожидал, что у вас какие-нибудь «руферы» размещаются, еще что-нибудь в этом духе. А «Раскрасим звезду»?
Й. С.: Может быть, и размещаются, но они нам за это не платят. Мы сервис. Я недавно узнал про то, что «руферам» платят бренды, которые попадают к ним в кадр. Это оказалось очевидным, и все это знают, а я по случайным обстоятельствам знаком с некоторыми знаменитыми «руферами», что довольно странно, потому что я домосед и сбегаю, бывает, в местах… И прошлое интервью Плющев хотел делать через дверь, называл меня аутистом. Но я случайно познакомился с Виталием Раскаловым и его друзьями, причем на лестничной площадке башни «Федерация». И спустя какое-то время я узнал, что когда Виталий фотографирует этот вид и в него попадают кеды Converse, Converse за это платит. И я это сейчас рассказываю все, потому что я был шокирован этим, серьезно! Но они большие молодцы. И нет, они у нас нигде не размещаются. Я все это рассказал, потому что это секрет источника денег у «руферов». Меня это долго мучило, поэтому рассказываю. А так размещаются какие-то малые бизнесы, я подозреваю, так их можно назвать. То есть хостинги, торговцы часами, торговцы еще чем-то. Кто-то уровня нас же, кому это может быть полезно и доступно по 100-200 руб.
А. П.: Давай проясним скандал века. По информации, опубликованной в ноябре 2007 года в газете «Коммерсантъ», компания Futurico являлась владельцем HabraHabr. На «Хабре» было опубликовано опровержение этой статьи, а ты вроде ничего не говорил по этому поводу. Может, расскажешь нашим зрителям, как оно там на самом деле, откуда ноги росли у той информации?
Й. С.: В 2007 году. Это было семь лет назад! Мы сейчас возвращаемся к статье «Коммерсанта», которая была семь лет назад.
А. П.: Ты молчал об этом семь лет! Знаешь, это можно так вынести в заголовок: «Он молчал об этом семь лет!»
Й. С.: Я так долго молчал об этом, что чуть не умер с голоду в какой-то момент! Компания Futurico не владеет «ХабраХабром», не имеет к нему никакого отношения. Я в растерянности, что сказать про 2007 год и что там, кем, кто владел на тот момент. Но прямо сейчас, и продолжительное время, и с самого начала это сайт Дениса Крючкова, который им занимается, и его компания называется «Тематические медиа». Этой компании принадлежит и ею развивается «Хабр». Компания Futurico не имеет к нему отношения. А 2007 год — это, Александр, прошлое. В 2007 году вышел iPhone!
А. П.: Еще к прошлому и к твоим словам прицеплюсь немного. В интервью «Рунетологии» ты сказал: «Мне кажется, и Dirty и „Лепра“ закончены на 5%. То, чего мы бы хотели, от них еще нет». То есть то, чего вы хотели, скрывается в незавершенных 95%?
Й. С.: Мне кажется, с интервью «Рунетологии» у меня стало впечатление, что 2 или 3%, то есть мы сейчас…
А. П.: Уменьшается потихоньку?
Й. С.: Или увеличивается объем. Я не знаю, как давно у нас эти довольно конкретные желания. Потому что когда-то это было просто блогом, в котором много людей писало хронологические вещи. И я знаю как факт, что на тот момент, типа 2001-2002 года, этого, что меня мучает, прямо давит недостроенное, что должно быть, тогда не было. И в какой-то момент за все это время оно появилось, и сейчас оно довольно четкое, как эта платформа для коллективного создания и распространения контента должна быть устроена. Она должна быть демократическая, открытая для всех, все должны редактировать всё!..
А. П.: Ты хотел сказать «демократичная».
Й. С.: А я сказал?
А. П.: «Демократическая».
Й. С.: А, это разные вещи?
А. П.: В некотором смысле да.
Й. С.: Тогда — как вы сказали.
А. П.: Извини, что прервал.
Й. С.: Ничего страшного. Но да, мне кажется, что то, что сейчас есть… Это мы говорим про D3.ru. Потому что «Лепрозорий» давно готов на 100%, и все новое — это 110, 120, 130%, и поэтому на нас, собственно, и ругаются. Он замечателен в таком виде, как он есть, и я не хотел бы, чтобы меня где-нибудь по пути домой кто-то ждал, если я скажу, что мы собираемся его менять. Нет, он прекрасен. Мы вернем вещи, которые от нас требуют, сделаем новые вещи, которые от нас требуют. Все всё знают. Все нормально.
А. П.: Не считаешь ли ты, что Dirty и «Лепра» несколько уже не соответствуют современным реалиям, может быть, по виду или по техническому своему наполнению…
Й. С.: Да, бесспорно считаю.
А. П.: …и пора как-то относить к культурному наследию и двигаться дальше?
Й. С.: Да. Смотря как выглядит «относить к культурному наследию». То есть это просто группа людей. Группа людей как группа людей не заслуживает быть отнесенной к культурному наследию. Она активна, прекрасна, меня лично веселит, радует. А этот вид как бы сайта, back-end, базы данных и всего этого — это немножко уходит в прошлое. Но даже оно еще не ушло в прошлое. То есть вы далеко смотрите вперед, стоит отметить. И мы делаем изменения внутри, чтобы быть в состоянии со временем соответствовать этим реалиям, на мой взгляд. То есть я в принципе согласен с постулатом по отношению к тому, когда сайт просто сайт. А они давно уже не просто сайты, когда это сайты сообщества.
А. П.: Мне тут прислали афишу говорящего содержания: «Йован Савович. „Лепра“, Dirty и прочие шалости. 6 апреля. Цена — 1,5-2,0 тыс. руб.»
Й. С.: Это в прошлом или в будущем?
А. П.: Это, видимо, в прошлом.
Й. С.: Прекрасно, прекрасно!
А. П.: Или все-таки в будущем?
Й. С.: Может быть, в будущем кого-то еще, кого-то вот так же. Тут есть несколько людей-футболистов, которых зовут Йован, и если бы был не Плющев, с которым мы знакомы, а какой-то незнакомый, я собирался рассказывать, что я играю за омский «Авангард». И, мол, зачем вы меня сюда позвали, меня из «Ромы» перевели в «Авангард»… А так это была какая-то типа лекция в Питере… Об этом же речь?
А. П.: Да, но я думаю, что люди, которые мне прислали ее, думают, не монетизируешь ли ты таким образом свой опыт?
Й. С.: Я с тех пор думаю, что это очень грамотный способ монетизации. То есть это не я монетизировал, а какой-то приятный молодой человек, который поделился со мной профитами. Но это был единичный случай. И я поражен с тех самых пор, что я могу просить у людей деньги, чтобы они слушали вещи, которые я говорю. И, может быть, для тебя это само собой разумеющееся. Ты все время что-то рассказываешь, и кто-то за это платит!
А. П.: В основном как раз не платят!
Й. С.: Меня это глубоко шокирует, серьезно. И перед этой фигней в Питере… Я не знаю, может быть, она не первая и, может быть, даже не последняя, с тех пор я в Самаре был… Я именно переживал, что мне нужно что-то приготовить, что-то донести до людей. Потому что они платят, типа, 1,5-2,0 тыс. руб., как сказано в афише. И я не знаю, я бы пошел на Rolling Stones, может быть, за 1,5-2,0 тыс. руб., сел бы на какое-нибудь пафосное место за 50$, и, типа: «Давай, Мик Джаггер, развлеки меня теперь, отработай». И в этом контексте я чувствовал большую ответственность, которая как-то прошла, она легко прошла.
А. П.: Текст лекции до сих пор не написан. Даже тезисы?
Й. С.: Нет, текста никакого нет. Я просто подумал, что даже если я его напишу, серьезно, неужели я буду читать по бумажке? Ну серьезно, а? И не стал писать. И это длилось четыре часа. То есть я могу без никакой бумажки выйти и четыре часа толкать что-то людям, которые готовы за это заплатить деньги. Это все невероятно, серьезно! И с тех пор я думаю, что стоит, может быть, «профитировать» на этом. То есть, почему бы нет? Настя, для которой не было место, все время предлагает мне по… Я забываю слово. Как это называется, когда по стране?..
А. П.: «Чёс»?
Й. С.: «Чёс»! Спасибо, спасибо! Неродной язык дает о себе знать.
А. П.: Устроить «чёс по стране»?
Й. С.: Я хотел сказать, «как группа „Стрелки“»! Чтобы показать, что я слово не помню, но не то чтобы прямо иностранец!
А. П.: Слушай, в заключение хочу задать тебе вопрос, заданный тебе еще 11 лет назад! Не 7, а 11! В 2003 году. Звучал он так: «Скажи, когда ты, наконец, напишешь книгу? Всякая шушера пишет, номинируется, сама себе премии вручает, а хорошие люди включают внутреннего цензора на полную катушку и молчат».
Й. С.: Это вопрос моего друга Эмдина. Он жил тогда в Тель-Авиве. Я не знаю, где он сейчас живет, но я хотел подчеркнуть, что я знаю, кто задал этот вопрос 11 лет назад. С тех пор, дорогой Эмдин, я несколько раз начинал. И, наверное, раньше или позже я ее напишу. То есть — в работе, книга в работе. Так ему и передайте, я очень давно с ним не разговаривал.
А. П.: Йован Савович. Кстати, приглашайте этого человека. Всего 1,5-2,0 тыс. руб. за вход — не так дорого. Он может четыре часа без остановки говорить.
Й. С.: Что такое 500 руб. в час? Я не знаю, что можно дешевле найти в этом городе!
А. П.: Был сегодня совершенно бесплатно героем программы «Удельный вес». Большое спасибо, Йован, и счастливо!
Й. С.: Спасибо вам, Александр! Всего доброго!

Развернуть текстовую версию
Комментарии
Похожие видео
Еще видео