Регистрация
Зарегистрируйся на сайте и получи доступ к полному контенту сайта и подпискам бесплатно!

Goodwin: распознавание и покупка через смартфон

1
0
183 0
Аудио Текст
18 августа 2014

Наведите камеру смарфона на туфельки девушки, узнайте их модель — и тут же купите их. Генеральный директор проекта Goodwin Дмитрий Шмаков рассказывает о технологии визуального распознавания и покупок товаров.

Из передачи вы узнаете:
— как работает визуальное распознавание в Goodwin;
— чем технологически отличается Goodwin от Amazon Flow;
— какое направление монетизации перспективно для Goodwin: продажа или рекламные показы;
— почему для Goodwin KPI — это собственно активность пользователей, а не продажи;
— сколько изображений товаров в базе Goodwin;
— как организована партнерская программа с интернет-магазинами и какова комиссия сервиса;
— почему в выдаче Goodwin нет сравнения цен, как в «Яндекс.Маркете» или в Amazon;
— какие дополнительные услуги оказывает проект своим партнерам (пользовательские данные, предпочтения, социальные графы);
— и многое другое.

Сергей Иванов: Здравствуйте, уважаемые телезрители! В эфире программа «Бизнес online», в студии я, Сергей Иванов. К дополненной реальности мы долгое время относились как к яркому, но не очень практичному шоу. Тем не менее технологии развиваются настолько стремительно, что способны изменить наши потребительские привычки. Сегодня мы поговорим об этой технологии с генеральным директором компании Goodwin Дмитрием Шмаковым. Дмитрий, привет!
Дмитрий Шмаков: Привет, Сергей!

Дмитрий Шмаков, генеральный директор Goodwin.
Родился в 1980 году в городе Каунас (Литовская ССР).
В 2001 году окончил философский факультет МГУ им. М. В. Ломоносова по специальности «Политология», а в 2003-м — его аспирантуру.
В 2003-2005 годах — руководитель пресс-службы Rambler Internet Holdings.
В 2005-2013 годах — вице-президент по коммерции и развитию бизнеса ChronoPay.
С 2013 года — основатель и генеральный директор компании Goodwin.

С. И.: Ну что ж, я думаю, что эта технология, наверное, не нуждается в долгих объяснениях. Мы понимаем, что это сервис визуального распознавания и шопинга, который позволяет делать покупки и иные действия с помощью смартфона.
Д. Ш.: Правильно.
С. И.: Прежде чем начнем разбирать все его фичи, достоинства и экономические особенности, давай, может быть, сначала впечатлим наших зрителей его вау-эффектом. Итак, как можно совершать покупки или иные действия с помощью смартфона? Можешь нам продемонстрировать?
Д. Ш.: Да. По сути, мы соединяем любое офлайн-медиа с возможностями интернета, будь то мультимедиа или какие-то интерактивные вещи. Например, девушка листает журнал. Она увидела некий товар, например эти духи.
С. И.: Так, эти духи. Тогда давай попробуем. Итак, она увидела духи в журнале.
Д. Ш.: Открываем сканер, наводим его на изображение товара, сканируем. Пожалуйста — те самые духи Dolce & Gabbana стоят 3 тыс. руб. в магазине Beauty United.
С. И.: Замечательно! И эти духи можно сразу где-то купить?
Д. Ш.: Да, можно купить в магазине, который сотрудничает с Goodwin. Мы работаем в формате маркетплейса. Магазин отдает нам выгрузку в формате «Яндекс.Маркета». «Яндекс.Маркет» — это некий стандарт для электронной коммерции в России. И эта выгрузка содержит изображения.
С. И.: А можно ли какую-нибудь более трудную задачу для сервиса придумать? Могу ли я сканировать не изображения в журналах, но еще и то, что надето на человеке, которого я не могу спросить. Такое возможно?
Д. Ш.: Это очень сложно. И на первом этапе мы позволяли людям сканировать только изображения, «плоские» товары. Это может быть обложка книги, или коробка настольной игры, или рекламное изображение в журнале, или афиша на улице. Но людей сложно ограничить в действиях. Они начали фотографировать все подряд. Фотографируют пульт от телевизора, который лежит рядом с ними, ручки, часы. И, соответственно, мы подумали, что с этой пользовательской активностью тоже нужно что-то делать. Технологически пока решение не готово, но мы над этим работаем. Впрочем, в полуавтоматическом режиме это возможно, мы можем найти похожие товары в нашей базе данных и потом либо вручную отмодерировать, либо показать «веер» предложений.
С. И.: Ну что ж, давай тогда проведем эксперимент.
Д. Ш.: Давайте.
С. И.: Я попрошу Светлану подойти к нам в студию. Попробуем испытать возможности сервиса. Я уже скачал себе приложение. Так, что бы такое интересное… Давай, например, туфельки. Захожу в сканер, навожу. Дело сделано. Спасибо, Светлана! Не уходи, сейчас мы узнаем, правильно или неправильно распознал тебя Goodwin. Итак, мы видим сообщение «Распознан». Так: «Здравствуйте! К сожалению, в нашей базе нет именно такой модели, но мы подобрали для вас несколько хороших аналогов». Ну что ж, неплохо: босоножки French Connection, босоножки Just Couture, босоножки Cravo & Canela, Guess, Betsy. Так, я еще видел здесь босоножки Milano. Какие из них твои?
Светлана: Milano.
С. И.: Угадал! Спасибо большое, Светлана. Июнь 2014 года был богат на события из мира дополненной реальности. С дебютом Amazon Fire Phone компания Amazon представила новую опцию под названием Firefly в дополнение к Flow. И компания Blippar, — сервис для распознавания изображений, работающий в сфере цифровой рекламы, — купила платформу дополненной реальности Layar. Правильно произношу, Layar?
Д. Ш.: Да, все правильно.
С. И.: Мы знаем, что всем этим событиям предшествовало достаточно длительное развитие. И тот же Amazon еще в феврале 2014 года внедрил функциональность Flow в основное приложение. Да и Layar, в общем-то, ведет свои разработки с 2009 года. А как появился и развивался Goodwin? Неужели у вас тоже такая же большая и длительная история?
Д. Ш.: Истории чуть больше года. Может быть, полтора года. Я гулял по улицам Стамбула и увидел QR-код, который вел на страницу покупки товара. И тогда просто пришла идея в голову, почему бы не объединить офлайн-медиа с возможностями интернет-магазинов. По сути, любая реклама может превратиться в витрину для интернет-торговли. Тогда я работал в компании, которая занималась интернет-платежами. Я думал об этом сервисе в рамках платежного функционала. Сейчас это очень модное направление. Тот же Альфа-банк внедрил переводы денег со счета на счет по QR-коду. PayPal активно развивает технологии платежей в офлайне. Вот тогда я думал именно в этом русле. Но стало понятно, что QR-код имеет множество ограничений. Партнеры, участники этого бизнеса должны были менять свою бизнес-модель. Например, те же журналы не будут размещать QR-код на страницах, потому что это требует длительных согласований, это просто не очень красиво выглядит. Другое дело с изображением, изображение…
С. И.: …является органичной частью издания.
Д. Ш.: Да, и издания, и упаковки товара. Вот, например, диск PlayStation 3. На нем нет QR-кода, но мы можем просто сфотографировать коробку и заказать его с доставкой. Совершенно не требуется никаких дополнительных изменений.
С. И.: Насколько я помню, еще год назад было очень много рассуждений о перспективности интернет-торговли с помощью QR-кодов. И параллельно уже звучали мнения о том, что QR-код — это тупиковое направление, которое маркетинг и интернет-торговлю никуда не приведет. Насколько я понимаю, именно сейчас мы присутствуем при разрешении этого спора. Продажа через изображения развивается, но QR-код уже совсем ни при чем.
Д. Ш.: Все правильно. Причем мы можем говорить не только о продаже товаров через изображение, возможно потребление услуг или какого-то контента. Недаром Blippar делает ставку не на торговлю, а именно на рекламную модель.
С. И.: Интересно, Amazon делает ставку, насколько я знаю, на торговлю, Blippar — на рекламную модель. А Goodwin какой модели следует? Что развивает Goodwin?

Д. Ш.: Изначально мы следовали торговому пути развития бизнеса и строили компанию по модели маркетплейса. Но потом стало понятно, что пользовательскую активность можно монетизировать любым способом, совершенно не обязательно это покупка.

Покупка — это одна из форм активности, которая может следовать за сканированием изображения. Например, человек сканирует рекламу автомобиля. Мы можем показать ролик про этот автомобиль, можем записать на тест-драйв этого автомобиля. Если человек сканирует афишу, можно трейлер фильма показать, продать билет. Разные формы применимы в рамках разных кейсов.
С. И.: Опция Firefly позволяет идентифицировать и покупать все, что вы видите вокруг, да? Естественно, что мы говорим о Blippar, что он ориентирован на рекламную модель. Чем вы технологически отличаетесь от Blippar и Amazon?
Д. Ш.: Технологии?
С. И.: Да. Это та же дополненная реальность? Или чем-то вы отличаетесь?
Д. Ш.: Ну, математические алгоритмы практически те же самые, они очень похожи. Сама технология распознавания одинакова. А применение и приложение различаются. За Amazon Flow мы достаточно давно наблюдаем, и они тоже начинали именно со сканирования плоских изображений. Не было возможности покупать вещи, предметы. Часы на руке — их раньше нельзя купить было, а сейчас можно. Мы тоже к этому идем.
С. И.: Поскольку мы говорили о том, что вы развиваете оба направления, — и рекламное, и торговое, — чем для вас является KPI именно в вашей технологии? Активность пользователей?
Д. Ш.: Именно так. Раньше мы считали, что покупки, но потом поняли, что даже не сканирования как таковые, а любая пользовательская активность, которая ведет к полезному действию. Это может быть просмотр рекламного ролика, это может быть получение контактных данных пользователя. По сути, мы продаем лиды из офлайна в интернет. И всю ту же механику, которая используется в интернет-торговле, в интернет-рекламе, мы пытаемся сейчас использовать и в нашем проекте.
С. И.: Но, вспоминая сейчас попытку идентифицировать туфли Светланы, я как раз задаюсь вопросом, сколько же изображений товаров у вас в базе? Как вы формируете эту базу, где вы берете?
Д. Ш.: Общее количество макетов — около миллиона. Количество товаров — порядка трех миллионов.
С. И.: Три миллиона товаров и миллион макетов?
Д. Ш.: Миллион макетов.
С. И.: Имеются в виду рекламные плоские изображения?
Д. Ш.: Любые изображения. У некоторых товаров может быть несколько макетов.
С. И.: Я хочу разобраться. Предположим, у меня есть те же самые чудесные желтые босоножки — просто как товар. Какие от меня как от интернет-магазина требуются действия, для того чтобы попасть в базу данных Goodwin?
Д. Ш.: Если этот товар каким-то образом присутствует в офлайне, например у магазина есть свой каталог…
С. И.: Да. То уже есть изображение?
Д. Ш.: Каталог бумажный, к примеру. Это хороший, кстати, пример. Мы сейчас развиваем сотрудничество с несколькими торговцами по каталогам, именно по бумажным. Раньше, чтобы купить что-либо через каталог, нужно было идти на почту с неким отрывным купоном. Это отнимало время, карточки банковские, как правило, не принимались. Сейчас, с использованием технологии Goodwin, вы можете просто сфотографировать каталог, некий товар и тут же оплатить по банковской карточке. Это то, что касается торговца по каталогам.
С. И.: Я не торговец по каталогам, я интернет-магазин.
Д. Ш.: Любой интернет-магазин, который хочет применить эту механику, может загрузить свои товары через яндексмаркетовскую выгрузку к нам в базу данных, подписать с нами договор.
С. И.: Предоставить изображения.
Д. Ш.: Изображения, как правило, присутствуют в выгрузке. Но если нет, то можно вручную просто нам их…
С. И.: …выслать, да? В таком случае, миллион товаров и три миллиона макетов.
Д. Ш.: Товары не все содержат макеты.
С. И.: Не все содержат макеты.
Д. Ш.: В соответствии с первой моделью, которую мы развивали, не все можно было покупать через сканирование. Некоторые товары можно было покупать через витрину. У нас в приложении была витрина, и, соответственно, эти товары можно было найти там.

Сейчас мы отказались от витрины и развиваем именно сканер как основной проект. Мы не магазин, мы не маркетплейс в чистом виде, мы сканер, инструмент для магазинов.

С. И.: Сколько сейчас у вас партнеров, если разделить их на магазины и на иных? Сколько партнеров и кто они?
Д. Ш.: Несколько типов партнеров. Магазинов больше ста. Вторая категория — это бренды-производители. Бренды-производители зачастую рекомендуют нам магазины, также они являются рекламодателями. Получается следующая ситуация: производитель дает нам фотобанк товаров, который мы используем, который позволяет нам распознать рекламу, и с этой же рекламы мы ведем лиды в магазины, которые бренд нам же и рекомендовал.
С. И.: Пользователь, увидев понравившейся ему товар, наводит сканер именно на этот товар, а этот товар представлен брендом в данный момент. Он видит в данном случае рекламу, правильно я понимаю?
Д. Ш.: Он видит рекламу, если бренд является нашим клиентом. Он видит некие возможности интерактива с социальными сетями и возможность предзаказа товара, если тот еще не продается. Можно заказать обратный звонок из магазина, который может порекомендовать что-то к этому товару. И можно купить, если этот товар продается.
С. И.: Да, я увидел опцию обратного звонка — «Перезвонить». Что это такое? Это ваш колл-центр или вы заключаете партнерские соглашения с магазинами, имеющими такой функционал? Ведь не каждый магазин перезванивает.
Д. Ш.: Любой функционал мы делаем по требованию наших партнеров. Этот функционал тоже был поставлен нам в качестве задачи одним из клиентов, который продает luxury. И luxury через интернет не часто люди покупают. Однако получить об этом товаре некую информацию или найти ближайший магазин, который продает товар, — это востребованные функции. И журналы, которые эти luxury рекламируют, захотели сделать спецпроект под холдинг, который продает luxury. Вот так.
С. И.: А как организована ваша партнерская программа и какую комиссию вы выставляете магазинам?
Д. Ш.: С магазинами мы работаем в формате маркетплейса. Комиссия средняя по рынку: от 3 до 15% мы берем от продажи, от суммы чека. Но сейчас, на последнем этапе развития, мы не делаем ставку именно на торговлю и будем, наверное, менять тарификацию. Скорее всего, мы будем брать деньги за факт распознавания и действия, независимо от того, что это за действия.
С. И.: Реклама или?..
Д. Ш.: Реклама или торговля, да. Потому что пока покупок мало, привычки нет. Ее нужно очень долго формировать.
С. И.: Всплеска магазины не увидели?
Д. Ш.: Всплеска покупок не увидели. Однако сканирований очень много. И это вселяет надежду на то, что именно рекламная модель станет локомотивом, драйвером этого бизнеса и вообще такого явления, как визуальный шопинг. Покупка следует за рекламой, а не наоборот.
С. И.: Но мы здесь, получается, удлиняем цепочку. Прямого действия, собственно, не происходит. Человек видит рекламу, начинает уже искать и выбирать. И далеко не факт, что он выберет конкретного продавца. Для бренда, возможно, это хорошо. Бренды могут стать главными драйверами вашего роста, вашими спонсорами. А для магазина все иначе. Насколько я знаю, у Amazon весь сервис построен вокруг Amazon и его телефона. Предположим, покупатель видит цену в Amazon, у него выстраивается чудесная цепочка из цен других производителей, которые, естественно, оказываются выше. Им прямо показан путь в Amazon. У вас же такого я не увидел, мне предлагалось один, максимум два продавца. Еще я должен каким-то образом цены сравнить.
Д. Ш.: Это пока. Мы дадим возможность сравнения цен, если это не рекламный проект. Если это именно маркетплейс, мы от него не отказываемся, то, конечно, мы будем давать возможность сравнения и по цене, и по доставке, и по программам лояльности. И человек может просто выбрать тот магазин, в котором ему удобно покупать, есть привычка покупать.
С. И.: Получается, невозможно избежать прямой конкуренции между магазинами. Получается, что только через рекламу, через бренд возможно осуществлять такую бесконфликтную продажу.
Д. Ш.: Возможно. На самом раннем этапе мы считали, что количество магазинов вообще не важно. Для нас было важно набрать ассортимент товаров. Максимальное количество товаров должно распознаваться. Поэтому подключали проверенные магазины, наиболее крупные, в каждом сегменте лидеры. «Сотмаркет» — наш клиент, партнер. 95% всей электроники, которая продается в интернете, есть у «Сотмаркета». То же самое с книгами и парфюмерией.
С. И.: А как будет строиться тарификация, не привязанная непосредственно к продажам? Бренд вам будет выплачивать некие роялти за просмотр рекламы, правильно я понимаю?
Д. Ш.: Рекламу, какие-то полезные действия, сбор адресов, контактных данных и т. д. Мы пока над этим думаем. Мы работаем в тестовом режиме, это экспериментальный проект. И поскольку мы первые в России, все приходится изобретать. Мы смотрим, конечно, на аналогичные проекты в Европе и в Азии, но там тоже экспериментируют. Там тоже пока еще не нашли такую модель, которая выстрелила.
С. И.: Еще один момент я заметил в приложении: я отсканировал несколько моделей наушников AKG и Apple, а потом увидел чудесную «Корзину». Я положил одни наушники в «Корзину», для того чтобы купить. Потом отсканировал вторые наушники, тоже захотел положить их в «Корзину». А приложение мне этого сделать не дало. У вас, мол, товары от разных продавцов, соответственно, в одну «Корзину» вы их не положите. В этом данном случае мы видим преимущество Goodwin в том, что он не привязан, как Amazon, к одному магазину. С другой стороны, мы видим явный конфликт. И без некоего агрегатороподобного состояния его никак не решить. Вы не думали в этом направлении?
Д. Ш.: Мы думали, это очень сложная задача. Crossbasket — вообще очень сложная задача. Многие магазины, крупные магазины пытались ее решить. Мы нашли партнера в сфере доставки, это компания Сheckout. Она занимается как раз решением этой проблемы. Может быть, в обозримом будущем мы такое решение представим. Пока его нет.
С. И.: Дмитрий, мы сейчас много говорим об эксперименте, о путях изменения парадигмы с продаж на рекламу. Но если говорить о полезных действиях, можно их измерить в цифрах, а лучше в деньгах? В продажах, в рекламе, в рекламных бюджетах. Каковы сейчас показатели Goodwin?
Д. Ш.: Не буду пока цифры раскрывать.
С. И.: Миллион долларов? Два?
Д. Ш.: Не буду раскрывать эти цифры.
С. И.: Жалко. В любом случае, даже если ваши показатели пока невелики, у вас все впереди.
Д. Ш.: Мы экспериментируем в рамках кейсов, и у каждого из них свои KPI, свои какие-то показатели, и все они очень локальны. О цифрах говорить рано. Каждый из этих кейсов длится недолго, пока рано говорить о результатах.
С. И.: Тогда поговорим о нагрузках. Какое количество сканирований совершается в день, каков рост? Можно ли об этом говорить?
Д. Ш.: Я могу сказать про аудиторию приложения, про существующую ситуацию. У нас аудитория достаточно небольшая, именно у приложения Goodwin, поскольку мы его не планировали продвигать на этом этапе.

Мы делаем white label и продаем именно технологию. Технологию в рамках кейсов продвигаем с нашими партнерами. Например, в ближайшее время мы планируем запускать систему продажи билетов на мероприятия с афиш.

С. И.: Как будет выглядеть этот проект продажи билетов с афиш?
Д. Ш.: Вы идете по улице и видите некую афишу. Думаете: «Вот, надо купить билет на этот концерт, давно собирался». Пришли на работу и забыли про него. В нашей ситуации вы просто фотографируете эту афишу, мы тут же находим ближайший кинотеатр, свободное время, где этот концерт будет проходить, и продаем вам билет. Вот такой кейс.
С. И.: А я слышал о том, что вы готовитесь к запуску white label для журнала Cosmopolitan. В чем идея и как будет развиваться этот проект, хотя бы в общих чертах?
Д. Ш.: Да, с Cosmopolitan мы уже завершили пилотную стадию, разработали для них приложение. Наверное, я не имею права пока рассказывать о фактуре, потому что есть некое обязательство. Но осенью мы официально запустим этот сервис, который позволит покупать товары из Cosmopolitan — те товары, которые изображены на страницах журнала, — просто фотографируя их.
С. И.: Это уже элемент интернет-магазина, но привязанного непосредственно к Cosmopolitan?
Д. Ш.: Cosmopolitan рекомендует нам тех партнеров, с которыми ему привычнее работать. У них тоже есть свои магазины, которые рекламируются, есть бренды рекламодателей, которые хотят продавать товары через эту механику.
С. И.: И вы считаете это масштабируемым проектом? White label может завести практически любое медиа, которое концентрирует у себя большое количество брендов, правильно я понимаю?
Д. Ш.: Это может быть медиа, это может быть и сам магазин. У нас не только white label, у нас есть SDK. Мы можем встраивать наш сканер в любое приложение и работать из этого приложения.
С. И.: Например?
Д. Ш.: Например, торговцы по каталогам. У них есть своя аудитория, у них есть свое приложение, они его продвигают.
С. И.: Предположим, магазин IKEA со своим каталогом.
Д. Ш.: Например, да, мебель.
С. И.: Итак, я захожу в каталог IKEA. Мне ведь здесь сканировать уже ничего не нужно, все уже есть в приложении. И там достаточно внятный функционал покупки, нет?
Д. Ш.: Есть нюансы, в некоторых случаях есть такие потребности. Например, в одежных каталогах.
С. И.: Я себе представлял сервис Goodwin именно в том, что я могу найти кратчайший путь между офлайном и онлайном. Я что-то увидел на улице и тут же могу получить информацию о том, что я на самом деле вижу, как это называется, из чего это состоит и т. д., и т. п. Второй вариант — найти продавца и, собственно, сделать покупку.
Д. Ш.: Да, все правильно. Это импульсный шопинг. Как раз глянцевая реклама нацелена на то, чтобы человека подвигнуть на импульсную покупку.
С. И.: Каталог, например, той же IKEA или какого-то мебельного магазина, не офлайн, а в приложении. Я не очень понимаю, зачем там SDK еще встраивать.
Д. Ш.: Собственно, дело в импульсивности самой покупки из каталога: не нужно искать этот товар в базе данных магазина, вбивать артикул, название. Вы просто фотографируете товар, по изображению сразу его находите и тут же можете купить.
С. И.: Я сижу у друзей. Увидел понравившуюся мне табуретку, и вместо того чтобы долго ходить по достаточно замысловатым рубрикам той же IKEA, могу сфотографировать и попасть непосредственно в приложение IKEA на эту самую табуретку?
Д. Ш.: В приложение IKEA, на карточку товара с описанием, с ценой, с какими-то вариантами интерьерных решений. И тут же можете купить, да.
С. И.: Наконец-то я понял, спасибо. В свое время стартап Layar, основанный в 2009 году, получил инвестиции в размере 17$ млн от Intel Capital, Sandstone и ряда других инвесторов. Мы понимаем, что такая технология без вложений развиваться не может. Где вы нашли инвестиции и продолжаете ли их привлекать?
Д. Ш.: На первом этапе проект развивался как хобби, мы финансировали его с другими основателями на свои собственные средства. Потом стало понятно, что это бизнес, уже появились первые клиенты, и нам нужно было нанимать людей. И потребовались инвестиции большие, чем мы могли себе позволить.
С. И.: Вы привлекли внешние инвестиции, когда уже имели работающий продукт, правильно?
Д. Ш.: Уже работающий продукт. По сути, это уже была оформленная компания с готовым бизнесом, хотя он не генерировал деньги. Но была команда, был продукт, были клиенты, были партнеры, журналы, — уже все было готово. Первый наш инвестор — это Игорь Рябенький, известный в России бизнес-ангел. Недавно мы привлекли еще деньги у инвестиционного фонда, который плотно сотрудничает с рекламным бизнесом.
С. И.: Название инвестиционного фонда, я понимаю, не произносится?
Д. Ш.: Пока нет.
С. И.: Обычно все этим гордятся и гордо об этом говорят. На что планируется потратить инвестиции?
Д. Ш.: Технология, развития бизнеса.
С. И.: Маркетинг?
Д. Ш.: Маркетинг, да.
С. И.: Маркетинг в первую очередь? В технологии еще много неосвоенного? Мне казалось, что все эти технологии находятся уже на каком-то определенном уровне, который только надо внедрять.
Д. Ш.: Именно вопрос внедрения требует обкатки этих технологий, их настройки, и это достаточно трудоемкая задача.
С. И.: Каковы ваши ближайшие планы? Мы говорили о продаже билетов на афише, а мне в голову приходили бредовые мысли: я нахожусь где-нибудь в Испании, или даже вижу в журнале какую-нибудь красивую картинку Испании, или в блоге каком-то фотографирую. Мне говорят: «Это отель такой-то, стоит он столько-то. Заказать можно и т. д.». Это, конечно, свободный полет фантазии. Какие возможные направления вы сейчас рассматриваете, может быть даже самые отдаленные?
Д. Ш.: То, о чем вы сказали, мы пока не планируем. Однако тот же Blippar такой сервис организовал, но реализовал не на базе распознавания изображений, а на базе технологии, с которой мы сейчас работаем, — через интеграцию с Foursquare и дополненной реальностью. Вы водите сканером вокруг себя и видите ближайшие гостиницы, ближайшие рестораны, — те, которые Foursquare выдает.
С. И.: И сразу с ними полезные действия можно совершить?
Д. Ш.: И сразу можно заказать, забронировать столик или номер. Но, может быть, в будущем мы к этому придем.
С. И.: В данном случае у вас пока рекламная модель превалирует и надо развивать именно ее?
Д. Ш.: Очень много заказов, сложных и достаточно перспективных. Например, к нам недавно обратился очень крупный производитель мультфильмов с предложением продавать цифровой контент из детских книг, из комиксов. И там тоже очень много вещей, которые нужно сделать.
С. И.: По той же модели? Ребенок видит офлайновые, «живые» игрушки, наклейки, мороженое, стаканчики, — все, что, как правило, составляет немалый доход производителей тех же мультфильмов, — и получает рекламу самого мультфильма, который можно посмотреть, правильно я понимаю?
Д. Ш.: Да, можно показывать сериалы «с йогуртов», почему бы и нет?
С. И.: Как полюбят дети йогурты! Они, наверное, даже не будут успевать замечать их вкус! Купил йогурт — посмотрел мультик.
Д. Ш.: «Следующую серию надо посмотреть! Мама, купи йогурт!».
С. И.: Ну что ж, Дмитрий, я не ожидал, что приложение «Волшебника Изумрудного города» способно в будущем, наверное, заменить кому-то даже телевизор. Смотреть мультик «с йогурта» — это очень интересно. Спасибо за интересный эксперимент, за интересный рассказ! Я полагаю, что наша аудитория как раз очень благосклонно воспринимает подобного рода эксперименты, потому что путь к увеличению продаж, к развитию бизнеса для них, по-моему, очевиден. Спасибо большое!
Д. Ш.: Спасибо, Сергей!
С. И.: На этом я прощаюсь с вами, уважаемые телезрители! Напоминаю, что в гостях у нас был генеральный директор компании Goodwin Дмитрий Шмаков. Всего вам доброго, пока!

Развернуть текстовую версию
Комментарии
Похожие видео
Еще видео