Регистрация

Evernote: от частного блокнота к корпоративному инструменту

7
0
596 0
Аудио Текст
20 марта 2015

Пока productivity-приложения набирают огромную популярность, патриарх этого рынка — сервис Evernote движется в корпоративном направлении. Об эволюции системы телеканалу SeoPult.TV рассказал Родион Насакин, директор по развитию бизнеса Evernote в России и СНГ.

Из передачи вы узнаете:
— какую стратегию использовать на высококонкурентных в плане productivity-решений рынках, где «эффект первого приложения» уже не работает;
— как Evernote адаптировался в Китае и Японии;
— сменит ли Evernote «сарафан» и бесплатные маркетинговые инструменты на платную рекламу;
— какой клиент, мобильный или десктопный, генерирует больший ARPU;
— что такое технология усиленного интеллекта, лежащая в основе многих дополнительных функций Evernote;
— сможет ли Evernote стать виртуальным офисом, способен ли Work Chat заменить Google Docs, Scannable — корпоративный сканер, а Penultimate — привычные «почеркушки» на томительных совещаниях;
— и многое другое.

Evernote: от частного блокнота к корпоративному инструменту

Пока productivity-приложения набирают огромную популярность, патриарх этого рынка — сервис Evernote движется в корпоративном направлении. Об эволюции системы телеканалу SeoPult.TV рассказал Родион Насакин, директор по развитию бизнеса Evernote в России и СНГ.

Родион Насакин, директор по развитию бизнеса Evernote в России и СНГ.
Родился в 1983 году в Новотроицке.
В 2006 году окончил Московский институт стали и сплавов по специальности «Прикладная информатика в материаловедении».
В 2006-2007 годах — редактор журнала «Компьютерра».
В 2007-2010 годах — бренд-менеджер в Mail.ru.
В 2012-2013 годах — менеджер по развитию бизнеса Evernote в России и СНГ.
В 2014 году стал директором по развитию бизнеса в России и СНГ.

Сергей Иванов: Для начала я бы попросил тебя поделиться самыми последними, самыми свежими аудиторными показателями Evernote. Сколько у вас сейчас пользователей в России и по всему миру в первую очередь?
Родион Насакин: В России у нас на днях будет 4 млн пользователей продуктов нашей компании.
С. И.: Я в сентябре слышал про три. Миллион за такой короткий период?
Р. Н.: Именно так, у нас динамика очень нарастающая. Первый миллион мы получали четыре года, второй — за год, третий — за девять месяцев. Буквально за полгода, даже чуть меньше, получим четвертый. Мы даже забросили это дело — их объявлять, отдельно анонсировать. Решили, что десять будет, тогда и объявим. В мире уже значительно больше ста миллионов.
С. И.: Вы начинали свою стратегию еще в 2007-2008 годах, насколько я помню, активно используя эффект первого приложения тогда еще в свеженарождавшихся маркетах: в App Store, Google Play и других. Но время проходит. Соответственно, использовать эффект все труднее и труднее. Какую стратегию вы используете на тех рынках, где, в общем-то, его уже невозможно использовать: и аудитория уже видела productivity-приложения, и маркеты переполнены? Как сейчас обстоит дело?
Р. Н.: Во-первых, я бы сказал, что стратегия первого дня все-таки себя еще не изжила.
С. И.: Не изжила?
Р. Н.: Да. Потому что, да, мы очень здорово выстроили в свое время, будучи одними из первых, для iPhone, потом для iPad, Android и т. д. Но сейчас мы делаем большую ставку на носимые устройства, а это совсем зарождающийся рынок. Сейчас вы можете заметить, что Evernote — одно из первых приложений для Android Wear, одно из первых приложений для Pebble. Мы следим с большим интересом за Apple Watch, так что я думаю, что стратегия первого дня себя еще проявит. Ну и в принципе наша ставка на многоплатформенность, которую мы сделали в 2008 году, позволяет нам открыть для себя несколько новых точек роста, которые до сих пор действуют. Прежде всего, мы по максимуму используем возможности каждой платформы. И авторы этой платформы, ее создатели, владельцы экосистемы, будь то Apple или Google, это видят, им это нравится. И мы попадали в самые разные подборки приложений: топ для отпуска, просто топ, топ для чего-то еще, топ приложений для Рождества, — я думаю, более тысячи раз. Это немаловажный момент, это дает нам очень много пользователей. Для нас сейчас мобильные клиенты — основной глобальный источник новых регистраций. Что еще можно отметить? По-прежнему остается важнейшим источником новой аудитории органический рост, по сути, сарафанное радио.

Где-то 13% всей аудитории мы получаем от предустановок Evernote на устройства партнеров.

Нам повезло в какой-то степени, мы когда-то создали новую нишу, когда сфера личной продуктивности была никому не интересна. Все делали социальные сети, все делали какие-то игрушки. И было такое ощущение, что есть пустое поле, где ничего не делается со времен выхода, условно говоря, Microsoft Office. И когда внезапно появились мы, — не знаю, насколько внезапно, но появились, — выяснилось, что мы, в общем-то, часть джентльменского набора приложений. И в принципе, у нас никогда не было проблем с тем, чтобы предустановиться куда-то, мы никогда за это не платили. И это тоже в нашем маркетинге играет ключевую роль.
С. И.: Но можно же представить, что существуют какие-то девственные рынки — именно по странам, по каким-то регионам, — где даже на традиционных платформах вы еще не распространены? И действительно эффект первого дня, первого приложения здесь уже не работает, поэтому там надо как-то иначе действовать? С такими ситуациями вы сталкивались? Как вы там работаете?
Р. Н.: У нас охват рынка, экспансия происходит примерно по одному и тому же сценарию. Изначально это early adopters, условные гики, в смысле сотрудники IT- и телеком-индустрии, молодые мужчины. Они начинают пользоваться, им нравится, они привлекают больше аудитории. Затем подключается бизнес-сегмент, затем более широкие массы населения. В Америке мы давно эту стадию прошли. В России мы в свое время очень боялись остаться, можно уже признаться, игрушкой для early adopters. Но опасения не оправдались. В этом году средний соцдем-портрет нашего пользователя по возрасту уже стал общерунетовским. За год мы «постарели» на два года, хотя остаемся все еще больше мужской аудиторией. Плюс мы заметили, нас скорее натолкнули наши же пользователи на то, что нам стоит немножко адаптировать наше позиционирование. Изначально мы говорили, что мы внешняя память: все хорошо и удобно складывать туда, быстро доставать. А потом мы заметили, что 70% используют Evernote для работы и бизнеса. И вы говорили, что мы уходим в корпоративное направление… Это, в принципе, пользователи увели нас в корпоративное управление. Потому что в 2012 году, по-моему, провели опрос, который показал, что 66% пользователей уже используют Evernote в своей офисной работе. Но только 15% начали это делать, потому что это было инициировано свыше, руководством и т. д. Мы начали плотно над этим работать, мы начали дорабатывать функционал под такое рабочее пространство. Мы начали больше делать историй пользователей, use cases, рассказывать пользователям, что удобно. Причем мы не пишем просто какие-то абстрактные истории. Мы берем человека, который ужеактивно использует Evernote в своей повседневной работе, и просто просим его рассказать всем остальным. Ну и да, конечно, мы запустили Evernote Business, изначально корпоративное решение, которое в принципе приносит в России, я думаю, около 10% нашей выручки.
С. И.: Я знаю, что вы активно работаете в Китае и Японии. И также известно, что многие российские разработчики сломали там зубы, так и не поняв местной специфики, того, чего хотят пользователи там. В чем как раз там заключалась ваша стратегия? В чем секрет вашего успеха? Насколько глубока была локализация и проникновение в местный менталитет? Насколько сильно вы адаптировали Evernote для японских, китайских, возможно, южнокорейских — про это я ничего не знаю — пользователей?
Р. Н.: Да, в Южной Корее мы тоже очень сильны, как и практически во всей Азии. Если сейчас посмотреть на самые быстрорастущие до сих пор, допустим, по итогам января страны, то в пятерку войдут Соединенные Штаты, Китай, Бразилия, Россия, Индия. Япония чуть поменьше, но просто потому, что там был настоящий бум предыдущие годы, там насыщенность по естественным причинам спадает. И в Японии, честно говоря, мы изначально не делали ничего: наш успех там во многом стал неожиданностью для нас самих. Мы практически случайно узнали, что есть второй — на тот момент — после США рынок, где нас очень любят.
С. И.: Evernote там был на английском?
Р. Н.: Да, тогда на английском. Потом мы стремительно скорректировали свои планы по международному развитию. Evernote был переведен на японский.
С. И.: Это дало результаты сразу?
Р. Н.: Конечно. Причем локализация в случае с Evernote — это не только перевод и поддержка всех приложений на нужном языке, но и технология распознавания рукописного и печатного текста.
Азиатская группа языков — это очень большой кусок деятельности нашего R&D-отдела. Но мы успешно с ней справились и захватили окончательно японский рынок. В Китае мы очень удачно вышли. Это потребовало больших усилий, чем в случае с другими странами. Чтобы вы понимали, международная экспансия для нас была немножко нестандартной. Мы не стали какой-то огромной транснациональной корпорацией, которая решила: ну, хватит замыкаться на Америку, давайте поглощать мир. Нет, мы были сравнительно небольшим калифорнийским стартапом. Но поскольку у стартапа были русские корни, русский основатель, у нас изначально не было такой ментальности, что мир ограничен Кремниевой долиной. Локализовать технологию распознавания текста всегда было довольно сложно, но мы малой кровью, относительно малой, высаживали десант в виде, допустим, пиарщика или PR-агентства и первой команды, чтобы она заносила споры в разные страны. Так мы делали практически везде, включая Россию, но в Китае мы создавали собственный офис. Там сейчас работает, по сути, отдельный продукт, отдельный сервис Yinxiang Biji.
С. И.: Он похож на Evernote?
Р. Н.: Он похож на Evernote очень сильно, но видно, что это разные ветви эволюционного развития — кроманьонцы и неандертальцы. Потому что там, допустим, делиться заметками вы будете не в Facebook, Twitter и других соцсетях, а в каких-то Weibo и прочих соцсетях, которые имеют смысл именно для китайцев. И это дает плоды. То есть в Китае для нас, как и в России, допустим, пока фокус на росте аудитории. И там он превосходит все запланированные показатели.
С. И.: Evernote, как я знаю, все-таки отличался именно в своем маркетинге упором на саморазвитие, «сарафан», бесплатные маркетинговые инструменты. Сейчас изменилась ли ситуация? Делаете ли вы ставку уже на традиционные платные инструменты в своем продвижении: наращивание рекламы, SMM и т. д., и т. п.?
Р. Н.: Тут надо понимать, что выбор маркетинговых инструментов для нас во многом ограничен бизнес-моделью. У нас большую часть выручки по-прежнему дает freemium-модель, то есть пользователь мало того что зарегистрировался, он должен как следует распробовать продукт, начать им пользоваться. И через какое-то время, когда он станет достаточно активным, когда у него будет вся жизнь в Evernote, он начнет не только нас расхваливать друзьям, он с большой долей вероятности начнет платить. А при такой схеме нам по-прежнему нужно, чтобы для нас привлечение одного нового пользователя было практически бесплатным. С первыми мировыми 100 млн, о которых я говорил, затраты на привлечение пользователя составили менее цента на человека. Соответственно, я не могу сказать, что мы вообще не используем платную рекламу. Мы начали экспериментировать с ней, с контекстной рекламой, но это исключительно для Evernote Business, где все уже сразу платные пользователи, и там мы можем себе это позволить. Если речь идет о бесплатных пользователях, есть две большие группы маркетинговых инструментов, условно я могу их разделить. Они направлены, соответственно, на привлечение новой аудитории и на рост retention существующей. Это внешние инструменты: работа в сообществах, в социальных сетях (в случае с Россией это «Хабрахабр»). И это сообщества поддержи, где люди на самом деле помогают друг другу гораздо эффективнее в некоторых случаях, чем даже официальная поддержка.
С. И.: Учитывая, что вы обросли таким функционалом, в котором уже, в общем-то, при первом взгляде сразу человек не все и найдет.
Р. Н.: Да, это отдельная история.
С. И.: Некая просветительская функция и инструктаж необходимы.
Р. Н.: Очень важно, да. Очень большую роль играет классический пиар, то есть интервью, те же истории пользователей, которые мы всячески распространяем. Мы помогаем людям становиться звездами, раз уж они так хорошо используют Evernote в своей деятельности. Очень большое внимание уделяется e-mail-маркетингу, но это уже скорее retention. Мы посылаем пользователям так называемые welcome campaigns. Когда человек только начинает пользоваться Evernote, мы ему предлагаем (он в любой момент может отказаться) это получать. Каждые день-два приходит письмо: вот, вы еще можете, допустим, отправлять заметки по почте, если вам какое-то письмо понравилось. А если человек, допустим, пользовался только Android-приложением, то эти же заметки можно посмотреть на компьютере с Windows и т. д. И есть еще реактивационные кампании. Особенно активно мы их используем в России. Когда выходит какое-то значимое улучшение, значимый релиз, например добавление возможности делать рукописные записи в Android, мы сообщаем пользователям, которые забросили Evernote, что есть хороший повод попробовать еще раз, возможно, мы исправились. Почему это для России очень важно? У нас битва за retention гораздо жестче, чем, скажем, в Соединенных Штатах. Не потому, что пользователи легкомысленнее, а просто так сложилось, что у нас доля партнерских предустановок, то есть пользователей, которые приходят с предустановок, выше.
С. И.: С мобильных гаджетов, да?
Р. Н.: Да, прежде всего. Мы предустанавливаемся на Android в первую очередь. Некоторые Windows-ноутбуки, HP и т. д., корпоративная серия HP, по-моему, тоже есть. Но, естественно, основная масса — это Android-гаджеты. И так получилось, что наши ключевые партнеры, такие как Sony, имеют очень хорошие позиции именно в России. Плюс Россия — абсолютно «андроидная» страна, и все это накладывается. Ну, понятно, что от предустановок… Там люди открыли, непонятно, что это, забросили — и всё. Поэтому мы тут ведем двойную просветительскую деятельность. Плюс у нас еще есть локальные партнеры — российские местные бренды, такие как Prestigio, с которым мы тоже работаем. И поэтому просветительская деятельность с партнерами ведется, то есть мы можем выдавать какой-то пул премиум-подписок, чтобы они в рамках каких-то активностей, комплексов и т. д. их раздавали аудитории. И реактивационные кампании. Это все в России очень важно.
С. И.: Какая платформа является драйвером активности для пользователей Evernote и каковы сценарии использования? Предположим, я имею у себя Evernote на планшете, на десктопе и на мобильном телефоне. Делаю заметки на десктопе, скажем, заношу заметку, куда мне поехать, а потом с мобильного гаджета продолжаю пользоваться.
Р. Н.: У нас так получилось, что мобильные клиенты для нас прежде всего средство привлечения аудитории, десктоп-клиенты — прежде всего средство удержания. Потому что по преимуществу человек, который начал пользоваться десктоп-клиентом, у которого Evernote уже плотно вошел в жизнь, вряд ли его забросит, он останется активным. И самый простой пример: мне PR-менеджер, например, переслал вопросы к этому интервью на компьютере, я это письмо сразу отправил в Evernote. Потом я открыл Evernote на компьютере, написал там ориентировочные ответы, что не забыть, и т. д. Потом на планшете я посмотрел, повторил про себя. И, в общем-то, планшет сейчас со мной, и непосредственно перед интервью я освежил в памяти. Это так. Вообще, кейсов очень много. Мы по максимуму задействуем возможности каждой платформы, ради чего, в общем-то, нативный клиент и затевался. Если телефон позволяет делать аудиозапись, телефон позволяет делать снимки документов, телефон позволяет сохранять данные о геопозиции, мы это используем. Потом можно послушать это на компьютере, найти заметку на карте и поиском найти какой-то сфотографированный документ.
С. И.: А если говорить о различных платформах, какая из них является генератором, драйвером роста ARPU? Предположим, с какой платформы чаще переходят на премиум-аккаунт, который для вас главный источник монетизации?
Р. Н.: iOS, конечно.
С. И.: iOS, да? То есть даже не десктоп, не Windows, не MacOS?
Р. Н.: А, стоп! Если мы говорим о мобильных платформах, то это iOS, в особенности iPad. Но любой пользователь на десктоп-платформе покажет больший ARPU. Потому что, как я уже говорил, это показатель зрелости, стабильности пользователя, а у нас такая бизнес-модель, потребительская ценность растет со временем. И есть определенные стадии, можно вычислить. Положим, пользователь зарегистрировался в Evernote, скачав в Google Play. Пользователь узнал, что можно использовать Evernote там-то, там-то. Используя десктоп-клиент, снял на Windows. Пользователь начал использовать его в работе. Он решил, что в рабочий инструмент можно инвестировать, он заплатил. Соответственно, десктоп покажет в любом случае выше ARPU.
С. И.: Осенью 2014 года вы анонсировали целый ряд новых инструментов, как раз в первую очередь направленные на бизнес-взаимодействие, на совместную работу, на общение. Я хочу как раз процитировать ваш блог, по некоторым инструментам пройтись, чтобы нашим зрителям было понятно: «Evernote умеет анализировать каждую вводимую вами фразу для поиска подходящей информации, которая может помочь в работе над вашим проектом. Мы назвали эту возможность „Контекст“. Эта мощная премиум-функция уже скоро расширит возможности наших пользователей».
Р. Н.: Уже расширила.
С. И.: Да, можешь рассказать, каким образом? В данном случае мы помогаем вам в просветительской деятельности, для того чтобы пользователи, наши зрители в том числе, понимали, о чем идет речь и что это им даст.
Р. Н.: Мы на расширенный интеллект делаем большую ставку. Нам кажется важным, чтобы пользователь получал дополнительную информацию именно тогда, когда она ему нужна. Поэтому мы анализируем контент-заметки, которые он сейчас смотрит, или контент-заметки, которые он только вводит. И мы показываем ему его собственные заметки, которые, так или иначе, подходят под эту тему. Это могут быть заметки его коллег, с которыми он в Evernote Business взаимодействует. Это могут быть контакты людей, которых он упоминает из LinkedIn, и мы тоже в LinkedIn покажем. И в принципе, — уже в некоторых странах есть, возможно, у нас такие партнеры появятся в России, — это еще и статьи из бизнес-СМИ на ту же тему. Если у пользователя какие-то вычисления, в каком банке лучше брать ипотеку, то статья по рынку ипотечного кредитования может там появиться.
С. И.: Как раз хотелось представить, каковы сценарии использования этого функционала. Для многих пользователей Evernote до сих пор остается блокнотом, в который они вносят свои личные данные. В данном случае мы видим совершенно другой сценарий использования. Как он выглядит? Что человек должен делать, для того чтобы ему сразу представилось такое большое количество информации?
Р. Н.: Ну, вся фишка в том, чтобы он ничего специально не делал и ничего не нажимал, чтобы он просто вводил текст. Если нам есть что ему сказать, то он это увидит просто в окне «Контекста» под заметкой.
С. И.: А реакция раздражения не может возникнуть в данном случае?
Р. Н.: Во-первых, можно скрыть. Во-вторых, не могу сказать, что он сильно бросается в глаза. В-третьих, там нет рекламы. Мы когда-то решили так и придерживаемся того мнения, что профили пользователей мы будем анализировать только сами и только для того, чтобы делать какие-то новые полезные вещи. А деньги, наша твердая позиция, брать только с конечных пользователей.
С. И.: В основе лежит та самая технология усиленного интеллекта, о которой сейчас говорили. В каких функциях она еще задействована?
Р. Н.: Прежде всего это как раз «Контекст». Еще определенные фишки, которые готовятся, рано, наверное, их все раскрывать.
С. И.: Только я обрадовался, что после старых материалов, где было что-то рано раскрывать, я наконец-то раскрою все секреты. Но не успели раскрыться одни, как появляются новые!
Р. Н.: Ну, потому что…
С. И.: Ну да, вы развиваетесь.
Р. Н.: …мы развиваемся.
С. И.: Пока еще рано говорить, но я понимаю, что усиленный интеллект используется во многих функциях?
Р. Н.: Да, конечно.
С. И.: Создается устойчивое впечатление, что Evernote предлагает сменить цифровое пространство на «живой» офис — такая имитация, некое сращение. Человек может использовать Work Chat, чтобы заменить себе Google Docs или еще какие-то системы взаимодействия и планирования, нет?

Р. Н.: Я бы скорее сказал, что мы стараемся сделать рабочее пространство без атавизмов.

Если посмотреть на то, как устроена работа за компьютером сейчас у обычного человека, который имеет дело с информацией, то она полна аналогий, которые пришли к нам из 1980-х. Когда человек только садился за компьютер после своего классического рабочего стола, ему говорили: «Вот это такие же документы, это такие же папки, эти странички есть».
С. И.: Ну да, а на совещании он любил «почеркушки» всякие делать, а теперь у него Penultimate есть, и он может делать то же самое.
Р. Н.: И Skitch, да.
С. И.: Да, и Skitch.
Р. Н.: Мы не видим смысла в разрыве страниц, в том, чтобы были разного типа файлы под разные типы контента: презентации в «Презентации», электронные таблицы в «Электронные таблицы», текст в doc. Нам кажется это просто ненужным и даже вредным для продуктивности. В общем-то, сейчас в этом никакой физической необходимости нет, просто дело привычки. Это хотелось бы исправить.
С. И.: Но дело в том, что вы не пытаетесь совсем трансформировать эту среду, вы пытаетесь предложить ей такие цифровые аналоги. Ваше приложение «Презентации», например, не отменяет презентации, оно заменяет их вашими презентациями, вашим типом.
Р. Н.: Не совсем так. Все-таки аналогия классическому «офису» это «Офисный пакет». Наша идея в том, что, когда человек использует «Офисный пакет», там правило Парето — 80% пользователей использует 20% возможностей, — а по-русски, бьют из пушки по воробьям. На самом-то деле какой-нибудь режим рецензирования нужен, не знаю, писателям в случае с текстовым редактором. Электронные таблицы, формы нужны финансистам. Презентации нужны не тем людям, которые делают совещание каждую неделю внутри, какую-то планерку, а те, кто реально выступает на конференции. Во всех других случаях мы можем предложить более гибкое и удобное решение, для того чтобы одной кнопкой превратить уже имеющиеся заметки в презентацию, быстренько показать их и два часа вечером не сидеть перед утренней планеркой, условно говоря.
С. И.: Но все же хочется сказать, что такая «эвернотизация» традиционного «офиса» заметна даже в том, что теперь уже можно дарить виртуальные Evernote Moleskine друг другу на Рождество. Это такая фишка, которая показалась мне очень примечательной в том плане, что прежние понятия остаются прежними. Да, и пакет офисных приложений, и какие-то паттерны поведения с теми же «почеркушками», и презентация сама как форма, предположим. Но то, что уже можно дарить друг другу виртуальные блокноты, мне кажется, это уже…
Р. Н.: У нас есть идея сращивания физического и виртуального мира. Поэтому есть партнерские проекты с Moleskine, партнерские проекты с этими клейкими листочками Post-it. Благо наша технология распознавания текста позволяет много интересного на этой ниве сделать. И в принципе, наше новое приложение Scannable — очень быстрый сканер для iOS — позволяет просто навести телефон на договор, условно говоря, и мы сами его снимем. Мы повысим контрастность, выровняем и спросим, куда его дальше девать: отправить по e-mail, SMS или Evernote. И если отправить в Evernote, то сами же распознаем текст в нем, чтобы потом было легко найти. Это хороший пример того, как физическая реальность и наша могут сосуществовать эффективно.
С. И.: Ну и напоследок расскажи нам, пожалуйста, об Evernote Market. Когда он откроется, заработает в полную силу? Вчера я обнаружил там исключительно приложение Scannable и два предложения купить премиум-аккаунт, подписаться на него на месяц и на год. Сколько, вы планируете, будет этих приложений в «Маркете» и все ли они будут завязаны на API Evernote?
Р. Н.: Вы просто заходили в российский «Маркет», где действительно пока только цифровые товары представлены. Просто потому, что объективная рыночная обстановка такова, что мы не можем предложить в России эти товары по хорошим ценам.
С. И.: Имеется в виду физические товары?
Р. Н.: Да, и с разумными сроками доставки — пока. Если говорить о «Маркете» в целом, то линейка товаров довольно большая. Хит продаж — сканер, который позволяет отправлять сразу отсканированные вещи в Evernote. Это Stylus, который покупает очень много даже не наших пользователей, просто потому, что у него достаточно тонкое перо. В принципе, наверное, самое тонкое. И сумка очень удачная, эргономичная для ноутбуков. То есть такие вещи, заточенные на продуктивность в офлайне, тоже часть нашей линейки. Бренд продуктивности, который вышел за пределы своего…
С. И.: А насколько может быть широк ассортимент товаров, пусть даже физических, которые группируются вокруг одного бренда Evernote, в общем-то, конкретной бизнес-модели?
Р. Н.: Достаточно. А насколько широко может быть понятие продуктивности применительно к нашей жизни? Это могут быть офисные принадлежности, это могут быть, как я уже говорил, сумки, это могут быть кошельки, в которых все удобно лежит, причем много места не занимает в кармане. Вокруг нас очень много вещей, которые можно вдумчиво оптимизировать и сделать лучше.
С. И.: Ну что ж, спасибо большое, Родион, за интересный рассказ! Некоторые мои предположения и взгляды нашли подтверждение, некоторые — нет. В любом случае понимание того, что Evernote уже совсем не тот, каким его представляли и представляют многие наши пользователи, это далеко уже не блокнот, а скорее мощный корпоративный инструмент. Ну а для тех, кто не желает использовать корпоративный инструмент, он до сих пор остается удобным инструментом для своей личной жизни. Я думаю, что вся эта информация очень пригодится нашим зрителям. Спасибо большое!
Р. Н.: Спасибо!
С. И.: На этом я прощаюсь с вами, уважаемые телезрители! Я напоминаю, что это была программа «Бизнес Online», в гостях у нас был директор по развитию бизнеса в России и странах СНГ компании Evernote Родион Насакин. С вами был Сергей Иванов. Всего вам доброго, пока!

Развернуть текстовую версию
Комментарии
Похожие видео
Еще видео